Читаем Летопись 2 (СИ) полностью

  Шарль послушно семенит, слегка прихрамывая на одну ногу, новенькая цепь весело звенит при каждом шаге. Денису надоедает сидеть на горячем песке в позе лотоса. Громки хлопки в ладоши будят тишину, резкий окрик заставляет рабов вздрогнуть:

  – Всем встать и за работу!!!

  Несколько человек неверяще оглядываются, страх в глазах сменяется недоумением. Денис хватает кирку, замахивается:

  – Я не такой добрый, как он, – кивает на труп надсмотрщика. – Что не по-моему – киркой по башке! Понятно всем?

  Словно перепуганные куры, рабы бегут прочь, на ходу подхватывая кирки, лопаты и тачки. В следующее мгновение работа буквально кипит. Если посмотреть со стороны – например, сверху, с беспилотника – работа движется, “небожитель” изволит беседовать с парой рабов. Правда, прежний надсмотрщик убит, ну так его место занял более достойный. Не все ли равно, кто там командует червями?

  – Ну, здравствуй, ботаник, – цедит сквозь зубы Алексей. – Вижу, жизнь удалась?

  – Моя – да, – с трудом сохраняя спокойствие, отвечает Волошский. – А вот вам осталось несколько секунд.

  – Неужели? Вспышка агрессии была слишком короткой, наши чипы не успели выдать сигнал тревоги. В твоем теле чипа нет, а прибор, следящий за здоровьем, упал вместе с одеждой. Шарль, глянь! Должно быть что-то вроде браслета.

  Под ворохом шелка действительно оказался платиновый браслет с плоским экраном размером со спичечную коробку.

  – Беспилотники…

  – … видят господина, удостоившего беседой нескольких недочеловеков. А теперь захлопни пасть, Андрей Ильич и слушай меня внимательно. Мы садимся в твою телегу и лети к тебе, где в комфортабельной обстановке ты ответишь на все наши вопросы.

  – Все так просто? – не сдержал насмешки Волошский.

  – Ага! Шарль, принеси браслет!

  – Алексей, браслет может быть настроен на конкретного человека, – предостерег Знаменский.

  – На сверхчеловека, – уточнил Алексей. – На конкретного вряд ли, это же массовое производство, как телефоны.

  Металл плотно облегает кожу, экран вспыхивает изумрудным цветом, появляются оранжевые цифры и буквы – пульс, давление, температура. Зеленый цвет сменяется синим, появляется циферблат часов.

  – Порядок! Владелец браслета жив, здоров и ему ничто не угрожает. C'est prêt! (Готово!)

  – Вас увидят, – не совсем уверенно возражает Волошский.

  – Нас увидят, Андрей Ильич, нас! Я в твоем балахоне буду сидеть в кресле, а ты, раб, валяешься у меня в ногах. Мои друзья, – кивнул он на Знаменского и Дениса, – помогут тебе занять соответствующую позу, заодно подстрахуют чем нибудь острым. Шарль у руля.

  Белое, как обсыпанное мукой тесто и дряблое, как сдувшийся воздушный шарик, тело Волошского на глазах покрывается волдырями от солнечных ожогов. Шарль тащит бывшего господина к бочке с маслом, черная жижа щедро льется на покатые плечи, роскошная грива сбивается жирными комьями. Алексей напяливает одежку “небожителя” – несколько кусков шелка, сшитых между собой золотой нитью. Костюмчик оказался великоват, пришлось оторвать кусок от полы, иначе невозможно ходить. Лишней тряпкой обматывает голову на манер восточной чалмы, чтобы лысая макушка не выдавала. Волошского мстительный Шарль намазал густо, от души. Для придания пущей убедительности Шарль еще и песка насыпал.

  – Итак, господа! – произносит Алексей, усаживаясь в кресло. – Кладите ЭТО мордой в пол, сами рядышком… ножи-то есть?

  Знаменский молча показывает заостренную железку, которой убитый надсмотрщик колол ленивых рабов.

  – Отлично! Рыпнется – суй в печень. Денис, подай конец цепи Шарля. И не забывайте сгибать спины как следует!