Читаем Лето в Провансе полностью

После обеда мы проводим час в тренажерном зале, где Пирс проводит свой первый урок медитации. Я приятно удивлена. Я думала, что буду сидеть, гадая, зачем это нужно всем остальным, но получается по-другому. Он рисует словами картину прогулки на пляж, и так убедительно, что мне кажется, что я уже там, причем не одна. Другие находятся у меня в голове – не знаю, кто это и знакома ли я с ними.

– Что ж, эта часть упражнения позади. Теперь собирайтесь в пары и прогуляйтесь на свежем воздухе, чтобы разогнать кровь. – Пирс превосходит энтузиазмом всех остальных, лично я уже готова к тому, чтобы задремать.

Все встают. Сеана направляется к Бастьену, Тейлор и Келли, естественно, во время сеанса лежали на матах рядышком. Я колеблюсь, Нико делает шаг назад. Еще одну пару составят Одиль и Ди-Ди.

– Как я погляжу, у вас не остается выбора, – с хитрым видом шепчет мне Нико.

– Никто не хочет быть парой боссу, – отвечаю я. – Удивительно, что Пирсу удалось отвлечь вас от работы.

Пирс поднимает руки, призывая всех к порядку, потому что все говорят одновременно.

– Значит, так. На все про все уйдет не больше часа. Берите листы и следуйте инструкциям. Мне нужно, чтобы вы заполнили формуляры с заданиями для двух занятий. Прошу сдать их мне по возвращении. Приятной вам прогулки, обратите внимание на перечень заданий. Вы все молодцы, я понимаю и ценю, что для большинства эти занятия означают выход из личной зоны комфорта. Но все, что нас не убивает, делает нас сильнее.

Шутка Пирса вызывает смех и помогает развеять испытываемое всеми чувство неудобства. От него свободна только Сеана, для всех остальных происходящее в новинку.

Группа рассыпается, мы с Нико берем наши пальто. Сегодня опять холодно, но не морозно, ветер утих; могло быть гораздо хуже.

Мы все бредем по тропинке в лес и доходим до места, откуда расходимся в разные стороны.

– Вы прочли список? – спрашиваю я Нико, стараясь не хмуриться при изучении полученных заданий.

– Да уж, для меня это перебор.

– Тогда вы первый.

Он, глядя на меня, строит гримасу. Мы останавливаемся.

– Не бойтесь, я не стану подглядывать, – говорит он.

Первое задание: закрыть глаза и позволить партнеру вести вас вперед, обсуждая с ним свои ощущения.

– Натяните вашу лыжную шапочку на глаза, чтобы не поддаться соблазну, – шутливо прошу я.

– Так не укрепляют доверие! Вы же требуете от меня доверия! – Он нагло ухмыляется, я хлопаю ресницами, притворно сердясь.

– Давайте начинать!

Нико подчиняется, и я прячу листок в карман.

– Готовы? Теперь я очень медленно поведу вас вперед. Говорите, что чувствуете.

Стоя рядом с ним, я твердо беру его за руку, другой рукой обхватываю за пояс. Это непросто, потому что на нем стеганая куртка, тем не менее я справляюсь.

– Ну? – обращаюсь я к нему после нескольких шажков.

– Странное чувство… Все время боюсь обо что-нибудь споткнуться.

– Я этого не допущу. Что еще?

Сначала он движется нетвердо, но потом набирается уверенности.

– Слышу, как высоко в небе летит самолет. Еще голоса, чей-то смех. Слышу, как вы дышите. Вы нервничаете?

– Нет, просто стараюсь не оплошать. Не хочу, чтобы вы шлепнулись.

Он останавливается:

– Теперь ваша очередь.

Мы меняемся местами, он натягивает шапочку мне на глаза.

– Послушайте, я не собираюсь жульничать, можете мне поверить, – твердо говорю я ему.

Он обхватывает меня за талию, и мы начинаем движение. Я чувствую себя в безопасности и без колебания делаю первый шаг, потому что знаю, что Нико не допустит никакой оплошности. Он уже завоевал мое доверие.

– Ну?

– Земля под ногами какая-то хрупкая, корни мешают ступать, поблизости что-то движется, совсем рядом…

Несколько минут я осторожно переставляю ноги. Внезапно Нико срывает с меня шапочку.

– Кролик! – шепчет он.

Маленькое существо, привстав на задние лапки, что-то грызет – вероятно, желудь. Мы не шевелимся, зверек не сводит с нас глаз. Даже пролетающая над нами птица его не пугает, он не успокаивается, пока не съедает все. После этого он прыгает в густые заросли и исчезает, довольный, что не обманулся на наш счет.

Нико неуклюже отпускает меня и смущенно покашливает. Мы повторяем все сначала, хотя действуем не так серьезно, как хотел Пирс.

– Думаю, уже можно поставить галочку. Это было сенсорное упражнение, да? – Он смотрит на меня, я согласно киваю. – Теперь пункт «два». Сядем вон на то бревно?

– Как скажете.

Некогда могучее, а теперь поверженное дерево – грустное зрелище. Трудно сказать, что его повалило – молния или гниль, поразившая корни. Оно лежит так давно, между стволом и землей добрых три фута.

Нико подсаживает меня, я сажусь на бревно верхом, он тоже.

– Закрываем глаза. Вы первая. Проверка обоняния, – говорит он.

– Сильный запах гнилой древесины. Пахнет грибами, а еще… дымом, чувствуете?

– Чувствую все явственнее. Кто-то недавно развел костер. Жжет листья, наверное. Я улавливаю запах земли и не то что грибов, скорее слежавшегося торфа. Насчет гнилой древесины: на мой вкус, это скорее дикий чеснок. С горьким сырым запахом.

– Не знала! Как-то сомнительно…

Нико смеется.

– Что дальше?

Мы одновременно открываем глаза, он тепло мне улыбается.