Читаем Лето в Провансе полностью

– Я вошла в замок. Вот, полюбуйся. – Я разворачиваю телефон и медленно вожу им вокруг себя.

– Впечатляет! Не знал, что там у вас такой размах.

– Я иду в мастерскую Нико, займусь там живописью. У тебя найдется пара минут?

– Я весь твой. Мой план исчерпывается тем, чтобы через некоторое время найти стейк потолще. А потом выпить пивка.

– Тогда взгляни, где я провожу свободное время. Ты хорошо выглядишь. Рада, что ты не обгорел, работая на солнце.

Я продолжаю показывать Эйдену здешние красоты.

– Температура в Кубер-Педи была комфортной, всего девятнадцать градусов, а осадков там почти не бывает: всего шесть дюймов за год. Но земля такая пересохшая, что дождевая вода совершено не впитывается, поэтому любой дождик создает проблему: все сразу вязнет в грязи. В январе-феврале стоит невыносимая жара, работать невозможно. Это невероятная, легендарная глушь, до ближайшего городка Роксби-Даунс больше двухсот семидесяти километров.

– Вот это приключение, Эйден! Ты не жалеешь, что туда отправился?

Говоря это, я вхожу в мастерскую.

– Честно говоря, нет. Такое случается раз в жизни, хотя, с другой стороны, уехать оттуда было облегчением. Я поддался уговорам, не представляя, какая это дыра. Не беспокойся, все это уже позади.

Я смеюсь и одновременно жалею, что не могу прямо сейчас дотронуться до его лица, такого знакомого. Сейчас мне пригодилось бы это прикосновение. Пусть знает, как сильно я желаю ему получить побольше положительных эмоций, пускай для меня это постоянный источник тревоги.

– Рада это слышать. Развлекайся! Ханна сказала мне, что ты в порядке, хотя ты ее здорово напугал.

Ему хватает совести стыдиться своего неудачного решения.

– Каждый мужчина, наверное, втайне мечтает о чем-то захватывающем, хочет хотя бы недолго побыть Индианой Джонсом. Что ж, урок усвоен. Теперь я намерен посмотреть достопримечательности и, возможно, поработать волонтером. Еще не знаю где, пока только осматриваюсь…

Его прерывает настойчивый стук.

– Я сейчас, Ферн.

Экран его ноутбука повернут так, что дверь мне не видна, слышны только негромкие голоса. Он быстро возвращается с довольным выражением лица.

– Джосс как раз сейчас ведет переговоры с агентством помощи и зовет присоединиться меня. Жаль, конечно, милая, но путешествие может продолжиться… Замечательная мастерская! В следующий раз покажешь мне то, над чем трудишься. Люблю тебя, скучаю. Береги себя.

Конец разговора.

– И я скучаю, – говорю я в уже погасший телефон. Мои слова эхом разлетаются по комнате.

Я чувствую себя одиноко, будто из меня вышел весь воздух. Мне так хотелось прямо сейчас поделиться с ним своей радостью!

Тяжело вздохнув, я перебираю контакты и выбираю Джорджию. После нескольких звонков экран загорается.

– Привет, Ферн! Как поживаешь, подруга? Как мне тебя недостает! Стив на этой неделе совершенно невыносим. Такое ощущение, что у меня не двое, а трое детей.

Ее жалобы на Стива почему-то меня бодрят.

– Я в порядке, спасибо. Рада слышать твой голос. Хотя, если честно, я здесь уже прижилась.

– Что это там за картина?

Я оборачиваюсь. Деревенский пейзаж уже дописан.

– Это работа художника, хозяина этой базы отдыха. Он только что ее дописал. Это масляная краска, она долго сохнет.

– Красота, Ферн. Не знала, что ты будешь проводить время со знаменитым живописцем! – восклицает она, сверкая глазами. – Он рядом?

– Нет, сейчас я одна. По выходным здесь тишь да гладь, занятия проводятся с понедельника по пятницу. Сейчас Нико встречает в аэропорту новеньких. Потом он проведет для них экскурсию.

– Нико? Ну-ка, ну-ка, я жажду подробностей!

– Сейчас покажу.

Она подносит телефон к глазам, чтобы лучше рассмотреть обстановку. Я вращаю телефон, демонстрируя ей панораму.

– Глазам не верю! Он всегда разрешает тебе находиться там в его отсутствие?

– Это еще что! Вот, полюбуйся! – Я слегка наклоняюсь и, держа телефон на вытянутой руке, чтобы оставаться в объективе, встаю рядом со своим проектом. – Знакомься, мое первое полотно. Пока что смотреть почти не на что, я тружусь над набросками, прежде чем набраться уверенности. Я полна воодушевления, мне очень нравится этим заниматься.

На самом деле мое произведение пока что похоже на неопрятное пятно посреди белоснежного листа, но каждый мазок – бесценная наука, и я быстро учусь.

– Не многовато красного? – спрашивает Джорджия, задирая брови на лоб и слегка огорчая меня своей реакцией.

– Это только начало. Пока что я потратила на это всего семь часов. Сама понимаешь, как долго еще может продлиться эта работа. Нико трудился над своей деревенской улицей долгие месяцы. Заказчица картины – маркиза.

– Так он испанец?

– Да, из Андалусии.

– Ты проводишь с ним много времени в качестве его… ученицы? – Она вопросительно выгибает бровь.