Читаем Лето в Провансе полностью

Улыбаясь ему, я вижу, что сегодня вечером он в приподнятом настроении. На нем белая рубашка с расстегнутым воротником и новые синие джинсы. Он воспользовался одеколоном с цитрусовым запахом и, судя по влажным волосам, только вышел из душа. Нам обоим легко смотреть друг другу в глаза. Он указывает на скамейку.

– Можно мне присесть? Или милейшая Патриция удалилась, чтобы дать вам побыть одной? Я, случайно, ее не спугнул?

– Что вы, вовсе нет. Это ее природная стеснительность. Конечно, садитесь.

– Вам понравилось рисовать эскизы?

Я чувствую, что он разглядывает мой профиль; скамейка маленькая, мы сидим почти вплотную, и почему-то это меня нервирует. Нико меняет позу: скамейка для него низковата, и он вытягивает вперед длинные ноги. Сев вполоборота ко мне, он закидывает руку на спинку.

– В общем-то да. Хотя вчерашний урок привел меня в изумление, стал полным сюрпризом. Не думала, что я такая мазила, пока не схватила со стола самую большую кисть. Сегодня все было посвящено мелким деталям, я думала, что это представляет для меня наибольший интерес, но руки чешутся опять вооружиться кистью!

Он улыбается, и белизна его зубов на фоне безупречной кожи вызывает у меня непрошеное волнение. Я смешна себе самой: ему любопытна одна из новых учениц, это совершенно естественно.

– Я видел вчера вашу картину, прежде чем вы закончили, но потом вы исчезли, забрав ее с собой, – говорит он хмурясь.

– Это была моя первая попытка. Увы, по пути в комнату я ее уронила, и она завершила жизнь в мусорной корзине. – Мне хочется отделаться шуткой, чтобы он не подумал, что я придаю своей мазне какую-то ценность. – Мне очень нравится картина на стене в моей комнате. Это не заимствование?

Он гортанно смеется, не сводя с меня глаз. Я продолжаю избегать его взгляда и смотрю прямо перед собой.

– Нет. Это отвечает вашему стилю, вам ближе жанр абстракции. Она напомнила мне работы Мишель Трагакисс, очень популярной современной художницы. Вы меня удивили, Ферн. Сегодня днем я хотел предложить вам испытать свои силы на настоящем холсте. Дверь в мою собственную мастерскую всегда открыта. Это никого не побеспокоит. Я часто нахожусь там допоздна, когда мне не спится. У меня привычка писать часа по два кряду, пока кисть не выпадет из руки. Ну, что скажете?

От воодушевления, от завораживающей мысли о следующем мазке кистью я готова завизжать.

– Вы очень добры, Нико, но я не знаю, с чего начинать. Не хочется портить хороший холст, я же такая неумеха! – Это правда, мне страшно опозориться перед ним. Мне не свойственно чувствовать себя такой уязвимой. Но что поделать…

– Мне так не показалось. И потом… – Он вдруг перестает улыбаться, и я заставляю себя посмотреть на него. – Я попрошу вас о большой услуге. У меня есть надежда, что соблазн доступа в мою мастерскую не позволит вам мне отказать.

До чего он меня раздразнил!

– М-м-м, я чувствую соблазн еще до того, как пойму, во что впутываюсь, – признаюсь я.

– Сеане нужно отлучиться домой на несколько дней: женится ее кузен. Она уедет в обед в пятницу и вернется только во второй половине дня во вторник. Она мой заместитель, в чем вы, без сомнения, уже могли убедиться. Мы вместе с ней оцениваем вновь прибывших, пытаемся отсортировать более замкнутых, чтобы подыскать для них подходящих приятелей. Это не всегда срабатывает дольше, чем до конца первого занятия, хотя иногда завязывается настоящая дружба.

Я согласно киваю, потому что наблюдала Сеану в деле.

– Сеана ежедневно узнает у всех преподавателей, не возникло ли проблем. Она – мои глаза и уши. На время ее отсутствия мне нужен кто-то, кто ее заменит. И потом, на выходные к нам заехали трое новеньких, надо за ними приглядеть, вдруг им что-то понадобится? Вы бы мне очень помогли. Она говорит, что я слишком тараторю и слишком быстро хожу, поэтому самому мне будет трудно найти с ними общий язык. Она называет меня слишком пронзительным. – Он морщится и не удерживается от смеха. Когда он в своей тарелке, то становится совершенно другим человеком.

– То есть моя задача – приглядеть за новенькими и убедиться, что не возникает проблем с уборкой. Потом, в понедельник, я помогаю со следующим заездом? Делюсь с вами своими наблюдениями?

– Да. И не забываете проверить доставку чистого постельного белья в середине недели и достаточного количества полотенец. Как будто все… Оставайтесь в тени, но помогайте функционированию системы. В награду вы получите возможность создать ваш собственный шедевр. Представьте, сколько тюбиков краски ждут прикосновения кисти!

Этот посул в его исполнении звучит почти чувственно.

– Довольно, я и так продалась с потрохами! Вы заранее знали, что я соглашусь, да? Хотя, должна признаться, в этом обмене услугами главный выигрыш у меня.

Нико улыбается:

– Это потому, что вы чудесная женщина. В вашей натуре заботиться о других, поэтому это вам не в тягость.

Я кошусь на него, застигнутая врасплох его похвалой. Любопытно, что еще он приметил?