Читаем Летающие киты Исмаэля полностью

Теперь он понял, что означает белая одежда и длинные волосы обоих Эверлейков. Если бы он не был так сильно занят, то сразу же отметил бы этот факт. Ремо был основателем неопуританской секты, которая возникла на земле около пятидесяти лет тому назад. Затем ее лидеры, обнаружив, что пропадает первоначальный пыл и что молодежь от них ускользает, переселились на планету, название которой доктор позабыл. Они распродали свою собственность и всеми способами добывали деньги, доведя себя при этом до степени крайней нищеты. Космическое путешествие штука дорогая. И сама каюта, и груз стоят очень дорого. Крохотная колония Ремонтов высадилась на Мелвилле с абсолютно пустыми карманами и минимумом инструментов в своем багаже.

— Каким же образом ваш отец стал астронавигатором? — удивился Галерс. — Мне всегда казалось, что вы почти потеряли всякий контакт с Землей?

— “Саксвелл” и другие компании содержат там свои филиалы. Они не только торгуют с нами, но и принимают на работу многих наших людей. Тех, кто отправляется в космос, чтобы заработать и чтобы подыскать себе жен. У нас противоположная ситуация, не как на Земле. На каждую девочку рождается в среднем два мальчика.

— Должно быть, им это очень легко сделать. Достаточно побывать на Земле и сделать выбор.

— Так бы и было, но большинство женщин не хотят следовать на Ремо. Это означает слишком большую перемену в их образе жизни. Они привыкли к более простому взгляду на вещи. К тому же, ни один мужчина-ремоит не женится на неверующей девушке.

Галерс не смог удержаться, чтобы не взглянуть на женский портрет, висящий на стене.

Она перехватила его взгляд и объяснила:

— Моя мать была родом с Земли. Она родила меня на прежнем корабле, которым командовал папа, на “Синей Птице”. Затем мы осели на Мелвилле. Однако, когда мать умерла, отец снова вернулся в космос. “Саксвелл” был рад его возвращению. Отец не очень-то весел, но зато отличный капитан. Он неподкупен, а это очень высоко ценится. Вы знаете, сколько хлопот им доставляют те служащие, которые подвергаются непрерывному искушению на осваиваемых планетах? У них масса возможностей для быстрого обогащения.

Доктор кивнул. Глюкоза подействовала быстро. Щеки девушки приобрели нормальный цвет, глаза стали ярче, движения более раскованными. Более того, она, которую отец наверняка просил помалкивать, оказалась очень разговорчивой. Галерс это объяснил тем, что девушка, должно быть, очень одинока. Ведь здесь нет ни других девушек, ни парней. Только невозможная молчаливость капитана.

Вошла Рада и передала ему небольшой рулон бумаги.

Это была энцефалограмма. Сразу же в глаза бросилась нерегулярность ритмов мозга. На этой стадии диагностики подобное, правда, не имело особого значения, ибо нерегулярность могла быть просто вызвана недавним приступом или была просто характерной особенностью организма девушки.

Он попросил Раду сделать еще одну энцефалограмму, после того как он возьмет анализ крови, чтобы посмотреть, возрастает ли содержание сахара в крови. Когда Рада вышла, он сел рядом с девушкой и взял ее за руку. Она не убрала ее, но вся немного напряглась. Доктор тотчас же отпустил руку, так как сейчас его интересовали только двигательные рефлексы девушки.

— Как вы чувствуете себя сейчас?

— Слабой и слегка взволнованной, — ответила она. Затем, поколебавшись, продолжила: — И у меня все время такое ощущение, что я собираюсь взорваться.

— Взорваться?

Она положила руку себе на живот. Он был уверен, что сделала она это бессознательно.

— Да, я чувствую, что я вот-вот взорвусь или меня разорвет на клочки.

— А когда у вас впервые появилось такое ощущение?

— Около двух месяцев тому назад по корабельному времени.

— Что вы еще ощущали кроме этого?

— Ничего. Нет, подождите, кое-что было. У меня как раз в то время появился огромный аппетит. Но вес не прибавлялся. Только немного увеличился живот. Поэтому я всеми силами старалась есть поменьше. Но чтобы выдерживать диету, у меня не хватало сил.

— Чем же вы в основном питались? Жирами, сахаром или протеинами?

— О, всем, что попадалось под руку. Разумеется, много жиров я не потребляла. Но никогда не пренебрегала шоколадом. Он, по-моему, вовсе не вредит моей коже.

Галерс вынужден был согласиться с этим. Такой красивой кремовой кожи он никогда раньше не видел. Теперь, когда к девушке возвращался обычный цвет лица и оживлялись глаза, она с каждой минутой становилась все красивее и красивее. Конечно, у нее еще немного выдавались скулы и ей не мешало бы немного пополнеть, однако фигура у нее была превосходной.

Он улыбнулся своему клиническому осмотру женской красоты и поспешно вернулся к делу.

— Это ощущение взрыва не покидает вас все время?

— Да, даже тогда, когда я просыпаюсь посреди ночи, мне кажется, что я вот-вот разорвусь на части.

— Что вы делали тогда, когда впервые заметили подобное?

— Тогда… я смотрела видеокассету “Пелей и Мелисанда”. Дебюсси.

Он улыбнулся.