Читаем Лестница во мрак полностью

— Техника Ушедших находится в большинстве своем за гранью нашего понимания. Лично я ни разу не сталкивался с масштабными творениями их разума. Браслеты, кольца и прочие творения, пусть и обладают своими очень полезными свойствами, но не идут ни в какое сравнение с тем, что было подвластно Ушедшим. Идем дальше, там наверняка найдутся ответы хотя бы на часть возникших вопросов.

Дальше… В душе колыхнулись не самые радостные предчувствия насчет того, что мы там найдем. Теперь еще и сторки какие‑то на нашу голову обвалились. Не знаю где Кэр раскопал сведения о них, но если уж он сказал об этом хоть кому‑то, значит уверен в их правдивости по меньшей мере наполовину.

Коридор за открытой дверью оказался коротким, всего каких‑то десять шагов, а потом перед нами открылся обширный зал с явно нечеловеческой архитектурой. Потолок был весь во впадинах и утолщениях, но не от воздействия безжалостного времени, а исключительно по замыслу неведомых строителей. По стенам канатами и тонкими нитями змеились какие‑то странные утолщения, время от времени меняющие свою форму с четкой периодичностью согласно неведомым законам. Пол под ногами аритмично пульсировал в такт этим изменениям, и вообще место странным образом навевало мысли о неведомой технологии, в которой срослись воедино живое и неживое, плоть и камень, кровь и сталь… Эх, сюда бы тех самых высокоученых типусов, которые с ходу отвергают саму возможность подобного слияния. И мордой их в это самое несуществующее, мордой. Быть может после столь тесного контакта с «мифом» в головах бы прояснилось?

Странные емкости у стен, калейдоскоп разноцветных огней и посреди всего этого группа из пяти людей, стоящих у сооружения, больше всего похожего на лифт. Оружие в их руках уже поворачивалось в нашу сторону, когда парный стук наших автоматов пресек эту неприемлемую инициативу. Вот так оно обычно и бывает — никаких красочных побоищ в худших традициях киноиндустрии, просто несколько выстрелов и все. Планеты вращаются, сияют звезды, да и жизнь идет своим чередом без малейшего внимания к тому, что население мира вдруг сократилось аж на целых пять персон. Какая тут мораль? Для безвременно почивших лишь та, которая гласит, что всегда нужно пребывать в готовности отразить нападение. Они же, судя по всему, слишком понадеялись на свои психогенераторы, а также на сложность нахождения доступа в подземелье, вот и не ожидали нашего тут появления. Но они явно куда‑то спешили, раз бросили тело своего товарища, даже не удостоверившись в его смерти. Куда? Это еще предстоит выяснить.

Выпущенные нами пули явно повредили что‑то в структуре зала, поскольку тональность освещения изменилась, оно стало более тусклым и более… нездоровым что ли. Со стороны же стоящих вдоль стен емкостей доносилось негромкое пощелкивание. Видишь или слышишь что‑либо странное — иди и проверь, разумеется, при соблюдении необходимых мер предосторожности. Щелкать может как безобидный механизм, так и таймер, присобаченный к нехилой дозе взрывчатки. Ту, конечно, такой примитив вряд ли присутствует, но сама по себе идея вполне реальна. Я осторожно приблизился к емкости, со стороны которой доносились наиболее громкие пощелкивания и постукивания, и попытался понять, что же это значит. Россыпь огоньков на крышке, то гаснущих, то вновь зажигающихся, не говорила мне ровным счетом ничего. Немногим лучше обстояло и с надписями на одном из языков Ушедших, с которыми я был знаком лишь постольку поскольку. Впрочем, один из символов был мне знаком… он обозначал, в зависимости от контекста, вход или приказание открыть дверь. А прямо над этим символом располагалась выпуклость, ну очень сильно напомнившая мне кнопку.

Порой руки у меня работают с заметным опережением разума, вот и сейчас палец ткнул в центр выпуклости еще до того, как мозги как следует обдумали возможные последствия поступка. Хотя… никакой опасности не ощущалось, что и послужило еще одним побудительным мотивом лично проверить что да как. Тихое шипение, и крышка медленно отъехала вбок, открывая на всеобщее обозрение содержание емкости, точнее говоря чана с весьма необычным содержимым.

— Вот так пироги с дохлыми ежиками! — не удержался я от удивленного восклицания. — Кэр, ты только взгляни на эту похабень. Многое мог предположить, но чтобы такое.

— Никак что‑то интересное обнаружилось, — отозвался тот. — Сейчас посмотрим, непременно посмотрим… Только ты это, подержи на прицеле сектора входа и особенно лифта. Вход, сам понимаешь… Оттуда кто угодно нагрянуть может. А вот из лифта реально ожидать появления хозяина дома.

— А разве он не там? — я повернул голову в сторону лежащих на полу изрешеченных автоматными пулями тел.

— Увы, но он успел спуститься на лифте. Кстати, я и сам через минутку туда отправлюсь, но сначала посмотрю, что же тут тебя до такой степени удивило.

Приблизившись к открытой емкости, он сперва внимательно оглядел содержимое, присвистнул от избытка эмоций, после чего протянул: