Читаем Лесной отшельник полностью

Сейчас самому себе отец Макарий действительно напоминал святого из древних легенд. Одного из тех легендарных людей, которые были истинными подвижниками Веры и страдали за благо народа. Только сейчас не то время. И сейчас именно народ должен был страдать за Веру. А подвижники должны были снимать сливки, и получать всё то, что им положено. Хватит и того, что они во время обучения с самого детства испытывали определенные сложности. Например, в том же монастыре, где и была их семинария? Вы же не думаете, что детей там кто-то баловал? Нет, конечно же. Там была стандартная еда. Кусок мяса, или похлёбка мясная. Хлеб. Иногда по праздникам вино. Ну, разве это еда? Её давали только три раза в день! И не более того. Взять хотя бы сейчас сидевшего напротив него отца Симеона? Вообще-то этот священник всем своим видом демонстрировал благосостояние. Что явно говорило о том, насколько он хорошо живёт. Конечно, и сам отец Макарий не отказался бы от таких условий? Но ради этого нужно было сначала проповедовать. Заслужить доверие какого-нибудь митрополита, который тебе доверит подобный приход, и даст возможность продвигать дело Веры дальше. Именно поэтому он и устроил эту охоту на травника. Закономерно рассчитывая на то, что это оценят все. Ещё бы! Молодой священник, который практически только-только вышел за ворота духовной семинарии, вдруг сразу же находит приверженца Тьмы и использует очищающее пламя! Такому самое место в каком-нибудь удобном приходе. Чтобы он мог более результативно выискивать Тьму и крамолу среди мирян! А где в первую очередь Тьма и крамола? Именно там, где и водятся большие деньги. У дворян… У торговцев… Не говоря уже про каких-нибудь воров и преступников. Эти же разумные тоже приходят на поклон в храм, чтобы замолить свои грехи? И вот тут молодой священник и сможет вовсю развернуться, принося максимальную пользу Единой Церкви. Ну, и себе… Чуть-чуть… Но в основном Церкви! И никак иначе.

– Вы только себе такое представьте, святой отец? – Сделав очередной глоток лечебного отвара, и отставив сторону кубок, отец Макарий медленно откинулся на мягкое кресло, буквально всем своим телом ощущая своеобразную боль от того, что он за это время уже привык спать на земле, и не ощущать никаких удовольствий. – Они все начали защищать этого проклятого травника! А разве я был не прав? Его надо было на костёр отправить! Он живёт в Диком лесу. Один! Доставляет оттуда травы. Раздаёт их крестьянам. Якобы лечит их от чего-то там… Но ведь мы знаем о том, что именно он и насылает на этих несчастных болезни, и другие неприятности? А то нападение волков из Дикого леса? Ведь это именно он…

– А с каких это пор отец-проповедник знает такие интересные вещи? Насколько мне известно, такими делами занимаются либо экзорцисты, либо отцы – инквизиторы? А вот вам, отцам-проповедникам, негоже лезть в чужие дела. Ваша задача всего лишь смотреть и сообщать о том, где и что вы обнаружили. – Неожиданно сухой и достаточно жёсткий голос, раздавшийся за спиной отца Макария, заставил его прерваться, и резко обернуться в сторону говорившего. В его глазах ещё не погас фанатичный блеск Веры в своё Предназначение, когда он встретился с острым взглядом серых, практически тёмных глаз, стоявшего возле входной двери человека, в котором можно было тоже узнать священника. Только вот вышитый золотом пояс мог насторожить любого из присутствующих. Судя по тому, как тут же подскочил со своего кресла отец Симеон, он прекрасно понял то, кого именно сейчас видит перед собой? Это был сорокалетний мужчина, с аккуратно подстриженной бородой, которую уже побила ранняя седина. Волосы его были коротко острижены. Слегка искривлённый нос, выглядел как своеобразный клюв хищной птицы. Что вкупе с немигающим взглядом заставляло задуматься о собственной судьбе любого, кто мог увидеть такой холодный и практически пронзающий взгляд. Тонкие губы этого человека искривились сейчас в насмешливой улыбке. Все его тело больше напоминало острый кинжал, готовый к удару. Он был худощав. Но никто не сказал бы, что этот человек слаб. Потому что двигался он очень плавно, что больше подходило бы какому-нибудь бойцу, чем священнику. Отец Макарий ещё не успел понять того, что происходит, но его взгляд сразу зацепился на пару странностей. Во-первых, вышитый золотом пояс, явно свидетельствовал о том, что этот человек стоит куда выше в иерархии Единой Церкви, чем сам отец Макарий. Однако на его груди весело деревянное распятие. Что и заставило молодого священника на мгновение задуматься. Что же это за символизм такой?