Читаем Лесная легенда полностью

Ну так вот… В октябре сорок девятого министром обороны Польши стал маршал Рокоссовский. Как писали тогда в газетах, по просьбе польского правительства и с согласия советского. Ну, между нами, прекрасно понятно, кто его туда назначил. Я же говорю, за поляками нужен был особый пригляд.

Свои мелкие интриги поляки, несмотря на весь присмотр, плели. И Рокоссовского очень быстро взяла плотно «под колпак» польская военная разведка — между прочим, по принадлежности ему же и подчинявшаяся. Шустрые попались подчиненные… Ну, а мы организовали постоянное контрнаблюдение за этими шустриками. В детали я вдаваться не буду — не знаю, можно ли…

В конце июля, через три с лишним месяца после смерти Сталина меня вызвали в Москву. Формулировка была стандартная: прибыть для получения нового назначения, на передачу дел и сборы — трое суток. На сей раз передача дел длилась гораздо дольше, чем тогда, в сорок пятом, и уже не устно, а с подписанием бумаг. И сборы тянулись дольше — успели, как люди семейные, обзавестись кое-каким барахлишком, которое не хотелось бросать.

Да вдобавок нужно было решить в лихорадочном темпе два вопроса. Один — посерьезнее. Поскольку по формулировке было ясно, что в Польшу я уже не вернусь, жене следовало за трое суток уволиться, что в те времена было не так просто сделать. Даже то, что она не военнослужащая, а вольнонаемная, могло делу и не помочь. Но у меня были неплохие отношения с начальником представительства МГБ (точнее, уже МВД — буквально через несколько дней после смерти Сталина МГБ влили в МВД). Он и подписал уже в первый день приказ об увольнении — «в связи с требующимся в Москве лечением». Возможно, такая быстрота объяснялась еще и тем, что времена стояли зыбкие, мутные какие-то — мы уже знали, что арестован маршал Берия, несколько человек из высшего руководства министерства, некоторые министры внутренних дел в республиках. И никто ничего не понимал…

Вторая загвоздка была скорее юмористической. Все время, что я прослужил в Польше, так и не имел советского военного мундира, так уж мне полагалось. Не отсвечивать особенно. Если и появляться в форме, то исключительно в польской.

Хорошенькое дельце — являться к московскому начальству в штатском… Втык воспоследовал бы моментально. Хорошо, наши ребята, советники, подмогли: быстренько раздобыли на складе представительства новенький мундир — галифе и погоны с соответствующими кантами, надлежащая фуражка, китель… вот смех, я впервые в жизни надел китель, до Польши обходился гимнастерками. Ну, отвальная, конечно — и для наших, и для поляков.

И застучали колеса по рельсам… В Москве, как и при прежних поездках в отпуск, остановились у родителей жены. Жилье позволяло: тесть мой служил в МИДе (правда, на должности не особенно и высокой, переводя на армейские мерки, вряд ли выше майора). И квартира у него была отдельная, трехкомнатная, не в самом центре, но и не в Марьиной Роще, понятно. Как обычно, мы с женой и сынишкой обосновались в бывшей комнате жены. Во второй обитали тесть с тещей, третья служила гостиной. По тем временам — сущие хоромы…

С тестем и тещей у меня, в общем, сложились нормальные отношения (виделись мы до того по паре дней в год, за столь короткое время рассориться не успеешь, а главное, они вовсе не считали дочкино замужество неудачным, наоборот). Но на сей раз создалось полное впечатление, что мысленно он на меня чуть пофыркивает. Причину мне как-то через пару дней рассказала, посмеиваясь, жена, успевшая поговорить с матерью. Тестюшка мой, оказывается, не на шутку сердился оттого, что из-за меня его кровиночке пришлось уйти с загранработы, на коей, он надеялся, любимая доченька сможет сделать карьеру.

Вот такое у него было тихое чудачество, над которым супруга открыто посмеивалась при мне, а теща, как призналась жена, — про себя. В самом деле, на какую карьеру могла рассчитывать вольнонаемная машинистка в представительстве МВД за границей? Имевшая за плечами лишь три курса пединститута? Связей у тестя насилу и хватило, чтобы на то место ее пристроить, какая уж там карьера… Дорасти до начальницы машбюро разве что…

Теща-то и сгладила ситуацию: согласно полученным от жены агентурным сведениям, прямо сказала мужу: и черт с ней, с незадачливой этой загранработой, я как-никак полковник, пост занимал достаточно серьезный, так что и новое назначение будет, надо полагать, соответствующим. Года мои такие, что свободно вообще могу выйти и в генералы. Пусть дочка и не сделает карьеру, но разве плохо, если она станет генеральшей? Тесть немного отмяк и со мной держался уже доброжелательнее: не то чтобы он был у жены под каблуком, но привык с ее мнением считаться — весьма неглупой женщиной была моя теща, в партии состояла, одним из московских РОНО[12] руководила…