Читаем Лес огней полностью

Бритон всегда был со мной. Он моя обратная сторона монеты, мой брат-близнец, мой ближайший друг.

— Я не знаю, как жить в мире, где его нет, — тихо проговорила я Гейджу, глядя на котёнка, и вновь погружаясь в мысли о том, почему я не могла плакать.

Со мной точно что-то не так. Что могло сломаться во мне в тот день, когда на Бритона напали?

Я ощутила это как удар ножом в грудь, предчувствовала весть о его гибели задолго до того, как нам сообщили. Я не могла дышать, не могла найти покоя, но глаза оставались сухими. Я почему-то была уверена, что как только эту плотину прорвёт, мне станет легче, и я смогу унять боль в сердце.

Я боялась этого, возможно поэтому слёзы и не появлялись.

Гейдж ничего не ответил, и я подняла на него глаза. Закрыв ладонями лицо, он наклонился вперёд, опираясь на дверь. Он как будто постарел лет на двадцать.

— Прости, — прошептала я, жалея, что сказала, не подумав.

Гейдж винил в случившемся себя. Говорил, если бы только он поехал с Бритоном…

Но мы никогда не узнаем, что было бы тогда. Может, наша семья хоронила бы двоих, а не одного.

После долгой паузы Гейдж провёл ладонью по лицу и поднял глаза, вновь скрывая душевные страдания.

— Твой отец просил тебя позвать.

Мягко перекладывая котёнка на сено, я встала. Эмбер зашевелилась, просыпаясь, подняла голову. Глаза у неё оставались ещё сонные и она зевнула.

— Завидую твоей собаке, — признался Гейдж, наблюдая за ней. — Мне который день не спится.

Я кивнула, слишком хорошо его понимая.

— Зачем меня зовёт отец? — спросила я, когда мы вышли из конюшни и направились к чёрному ходу, чтобы войти в замок через западное крыло. Я накинула капюшон, укрываясь от моросящего дождика.

— Он не сказал, — Гейдж бросил взгляд на меня, в его глазах отражалась тревога. — Но его люди разыскивают тебя весь день.

— Как давно ты знаешь, что я была в конюшне?

Он тихо выдохнул, это прозвучало почти как смешок.

— Весь день.

— Спасибо, — едва слышно пробормотала я.

При родителях и младшем брате я должна была оставаться сильной, ради них самих. Это тяжёлое бремя.

Гейдж проводил меня к покоям нашей семьи, но внезапно задержался в зале, не доходя до дверей. Понизив голос до шепота, он сказал:

— Амалия, меня беспокоит кое-что, связанное с…

— Амалия, — отец неожиданно распахнул дверь. Его голос звучал так же устало, как и я себя чувствовала. — Хорошо, что Гейдж нашёл тебя.

Я оглянулась на кузена, который резко замолчал при появлении отца, отмечая, как он напряжён, и вновь повернулась к отцу, медленно кивая.

— Заходи, — отец держал открытую дверь. — И ты, Гейдж, тоже.

Я старалась идти спокойно, но под плащом сжала кулаки, сминая ткань пальцами.

Матушка сидела на скамеечке у огня. Её тёмные волосы были безупречно уложены, платье тоже в идеальном порядке, но глаза покраснели от слёз, и кожа вокруг них слегка посинела от многих бессонных ночей.

Кир стоял у камина, опираясь одной рукой о стену, с каменным лицом. Он часто ходил угрюмым, но сейчас всё по-другому. Он злился на весь мир, и его эмоции как ветер — неуправляемые, непредсказуемые.

Он даже не смотрел в мою сторону.

— Сядь, — устало приказал отец, и я опустилась на скамейку рядом с матушкой.

Он же остался на ногах, меряя шагами комнату. Отец глубоко погрузился в свои мысли и не спешил начинать разговор.

Я сложила руки на коленях и ждала, понимая, что новости, чего бы они ни касались, приятными не будут. Мы отправляли людей, чтобы разыскать напавших на Бритона, но всё безуспешно. Может, нам наконец-то удалось их найти?

Гейдж встал в дальнем углу комнаты. Я чувствовала его присутствие за своей спиной, и оно придало мне сил.

В конце концов, отец развернулся к нам.

— Есть дела, которые требуют обсуждения, как бы нам ни хотелось этого избежать. Теперь, когда Бритона нет…

Мама проглотила всхлип. А я почувствовала, как невидимая рука сжимает моё сердце.

Отец умел контролировать свои эмоции, но его лицо исказила боль, известная только тем, кто терял своих детей. Он прочистил горло, его выражение стало жёстким:

— Теперь, когда его нет, королевство осталось без будущего короля.

Из горла Кира вырывался какой-то звук… Рык или смешок, сложно было разобрать.

Я оглянулась через плечо на младшего брата. Он был привлекателен той самой красотой, какой у Бритона не было. Высокий и эффектный. Его любовь к тренировкам, которую Бритон не разделял, сделала его сильным. Мне оказалось сложно удержаться от сравнения своих братьев.

Но при всех их различиях, у них есть… были… и сходства тоже. Форма глаз, характерные жесты и мимика. И от этого я смотрела на Кира с болью.

Я бы скорбела вместе с ним, если бы он подпустил меня к себе, но мы никогда не были близки.

Я отвела взгляд, проглатывая ком в горле.

— Мы должны думать о благе своего народа, Амалия. Даже в такие тяжёлые для нашей семьи времена, у нас остаётся долг перед ним.

Отец продолжал говорить, а я кивала, соглашаясь с ним. Но я как-то упустила, почему он обратился именно ко мне?

— Мы будем сильными. Мы будем двигаться дальше.

Я изучала отцовское лицо в поисках подсказки, какого-нибудь намёка, к чему он клонит?