Читаем Ленинградский фронт полностью

^{Щупляков Эриксон}

Сигналы ракетами в Ленинграде видели не только простые горожане. Десятки наблюдательных пунктов документально фиксировали каждый случай. Из донесения 19 сентября 1941 года с наблюдательного пункта Исаакиевского собора: «Район порта и Балтийского завода — 5 белых ракет. Левее здания НКВД отмечена белая ракета». В этот день в разных частях города было замечено 14 вражеских сигналов.

Органы НКВД и милиция организовывали засады, проводили массовые облавы. Например, в ночь на 14 сентября в засадах участвовало около 10 тысяч человек. Однако сигнальщики-ракетчики остались неуловимы.

В архиве ФСБ сохранилось лишь одно следственное дело вражеского ракетчика. Им оказался 16-летний ученик ремесленного училища Петр Самусенко. Согласно материалам следствия, Петр Самусенко признался: он пускал ракеты по заданию немецкого офицера. Но кроме признательных показаний, в деле нет вещественных и каких-либо других доказательств виновности. Следователи даже не потрудились обстоятельно проверить показания мальчишки. Взяли его при попытке перейти линию фронта. Он хотел вырваться из голодного города и уйти к родителям в Белоруссию. Допрашивали Самусенко по ночам и подолгу. Показания его с каждым допросом разительно менялись. Возможно, следователи просто заставили подростка дать признательные показания. В 1941-м трибунал осудил его на 10 лет и дальнейшая его судьба неизвестна. В наше время после рассмотрения материалов дела, прокуратура пришла к заключению: Петр Самусенко подлежит реабилитации.

^{Осужденный как вражеский ракетчик 16-летний Петр Самусенко}

Версия о германских шпионах-ракетчиках не подтверждается и немецкими источниками. В архивах не найдено ни одного отчета германских спецслужб о заданиях агентуре подавать световые сигналы. Напротив, сигналы ракетами из осажденного города явились полным сюрпризом для немецкой разведки и летчиков, бомбивших Ленинград.

Из донесения немецкой разведки 16 октября 1942 года: «По ночам во время налетов немецкой авиации передаются световые и ракетные сигналы, которые в большинстве случаев не имеют никакой связи между собой и своей бессмысленностью отражают типично русский характер».

Судя по всему, этими бессмысленными сигнальщиками были люди, которые без всякого задания пытались помочь вражеской авиации. Которые с надеждой ждали прихода немцев.

В архиве ФСБ сохранилось следственное дело рабочего Константина Иванова. Он подавал сигналы немецким самолетам, но не ракетами, а с помощью фонаря. Показания свидетелей и следственный эксперимент полностью изобличают сигнальщика. Согласно заключению прокуратуры, реабилитации он не подлежит. Мотив преступления — ненависть к советской власти. Иванов из раскулаченной семьи, был осужден за недосдачу продналога. И таких недовольных в Ленинграде было много. Даже лояльные к советской власти поддавались паническим, пораженческим настроениям. Этого эффекта и добивались немцы обстрелами и бомбежками. Постоянный террор должен был сломить волю к сопротивлению.

Немецкие аэродромы оказались слишком близко от Ленинграда. Посты ПВО не успевали вовремя предупреждать о налетах. Но советская разведка нашла выход. В блокадном Ленинграде создали УКВ-приемники, работающие на частотах немецкой авиации. Организовали посты радионаблюдения. Для борьбы с немецкой авиацией использовали Исаакиевский собор. Офицер, знающий немецкий язык, поднимался на самый верх — на купол собора. Высота там — 100 метров. Во время авианалета он включал УКВ-приемник и отлично слышал переговоры немецких летчиков.