Читаем Лекции о Солнце полностью

Еще раз повторю: эти открытия не могли появиться раньше, чем появились. Они были сделаны только тогда, когда была подготовлена соответствующая база из экспериментальных данных, наблюдений, теоретических наработок, аппаратурных возможностей, психологической готовности исследователей воспринимать новые знания. И тогда был сделан грандиозный прорыв в естествознании. Он начался с открытия радиоактивности и был продолжен разработкой теории относительности, атомной теории, квантовой физики (заметим, что этот процесс продолжается и сегодня).

Самое главное, что базовые, основные на сегодня теории, описывающие мир, не умозрительны (не выдуманы, не взяты с потолка). Они прочно стоят на гигантском экспериментальном материале, на анализе результатов множества опытов и наблюдений и подтверждаются логически непротиворечивыми концепциями.

С тех пор в науке многое изменилось. За минувшие десятилетия был накоплен багаж новых научных фактов, недоступных раньше. Это означает, что в результате накопления новых данных и совершенствования технических возможностей исследователей события вековой давности вполне могут повториться и обеспечить новый прорыв к познанию еще более глубоких фундаментальных закономерностей, которые управляют Вселенной. Говорить сегодня (как и 100 лет назад), что все открытия уже сделаны, видимо, преждевременно. Новые грандиозные достижения последнего времени прямо на это указывают. Достаточно вспомнить обнаруженный сравнительно недавно факт ускоренного расширения Вселенной, позволяющий продвинуться в понимании понятия таинственной темной энергии, или же успехи теории суперструн, претендующей на описание глубинных свойств материи.

Наука, как показывает опыт человечества, развивается поступательно, по своим собственным внутренним законам. Это единственный метод познания мира, который позволяет познавать мир доказательно, проверяя себя на каждом шагу, сопоставляя научные прогнозы с результатами экспериментов и наблюдений. Другими словами, только наука несет с собой функцию обязательного и постоянного самоконтроля. Интуиция и озарения на это не способны.

Может ли наука предлагать неверные версии, неправильные гипотезы, ошибочные доводы? Безусловно, может, и вся многовековая история изучения Солнца, изложенная в первой главе, свидетельствует об этом. Но мощь и сила научного метода заключаются в том, что наука сама, без вмешательства со стороны, проверяет себя и, сверяясь с фактами, исправляет неверные предположения.

Повторим: на это способна только наука. Восточные учения, религии, ненаучные концепции на это не способны. Поэтому, даже если верная идея появится в результате озарения или интуиции, без проверки научным методом мы никогда не сможем быть уверенными, что идея действительно верна.

В былые времена на проверку и доказательства могли потребоваться столетия. Сегодня, при стремительном росте общего объема научных знаний и количества людей, участвующих в научных исследованиях, при безудержном наращивании возможностей научных приборов, все происходит гораздо быстрее. От появления гипотезы до ее проверки теперь проходит сравнительно немного времени, и за время жизни одного человека мы стали существенно продвигаться в познании мира. За несколько лет сегодня накапливается столько новой информации, сколько в прошлом требовало многих столетий напряженной работы, либо было в принципе невозможно.

В далеком прошлом, когда фактов, касающихся Солнца, было совсем мало, они могли объясняться сотнями самых различных гипотез. Чем больше становилось фактов в арсенале исследователей, тем меньше оставалось гипотез, которые могли бы соответствовать всей их совокупности одновременно. В итоге остается все меньше версий. В пределе ученые приходят к одной – правильной – теории.

Данные, полученные с помощью современных телескопов, которые работают уже не только на Земле, но и в космосе, позволили существенно продвинуться в понимании того, что же такое Солнце. Очень многое мы теперь знаем достоверно, и у нас есть уверенность, что новые наблюдения и проверки не зачеркнут положения существующих теорий, описывающих многое из того, что мы видим на Солнце.