Читаем Легкие деньги полностью

Райан отнес сейф к себе в комнату и всю ночь размышлял. Он вспоминал каждого, с кем когда-либо видел отца, каждого мужчину и каждую женщину, о которых тот говорил, но так и не нашел человека, способного заплатить два миллиона долларов. И уж точно никого, имеющего связи в Панаме.

К двум часам Райан придумал нечто, отдаленно напоминающее план. Он тихо встал, пробрался в комнату матери и убедился, что она крепко спит. Затем тихонько спустился вниз. Деньги лежали под диваном, куда он спрятал их перед неожиданным появлением матери. Рядом с его клиникой находился небольшой склад, где он хранил дополнительное оборудование и старую офисную мебель. О существовании склада не знала даже Лиз. Как вор-домушник, Райан бесшумно прикрыл за собой дверь дома, вручную откатил свой джип к началу подъездной дорожки, чтобы звук двигателя не разбудил мать. Затем поехал на склад и спрятал чемодан в старом картотечном шкафу. Здесь деньги будут в безопасности. И шкаф, и чемодан были огнеупорные. Вернувшись домой, Райан лег в постель и стал ждать рассвета.

Он поднялся ранним субботним утром, проспав всего пару часов. Принял душ, оделся и отнес сейф вниз, на кухню. Мать уже сидела за столом, пила кофе и читала «Ламар дейли ньюс», местную газету, издаваемую ближайшим «мегаполисом» – городком Ламар с населением в восемь с половиной тысяч человек. Газета состояла из шестнадцати страниц, четверть которых обычно посвящалась какому-нибудь фестивалю ламарской средней школы или городской выставке лошадей. Вид матери, читающей провинциальную прессу, заставил Райана всерьез задуматься об абсурдности того факта, что отец летал в Панаму и арендовал там банковский сейф.

– Я все просмотрел, – сказал он.

Казалось, мать еще глубже погрузилась в чтение газеты.

– Ты не хочешь знать, что было в сейфе?

– Нет.

Райан подождал немного, надеясь, что она все-таки посмотрит на него. Барьер из газеты между ними казался непроницаемым. «А что, очень удобно», – подумал Райан. Большинство людей в Пайдмонт-Спрингс время от времени читали «Пуэбло чифтэн» или «Денвер пост», или «Уолл-стрит джорнал». Но не мама. Она всегда смотрела на мир глазами репортеров «Ламар дейли ньюс». Некоторых вещей ей просто не хотелось знать.

– Мам, я собираюсь забрать все это с собой, если ты не против.

Она не ответила. Райан подождал с минуту, ожидая вопроса о том, куда он собрался все это забрать. Но она продолжала листать газету, не отрывая глаз от страниц.

– Вернусь сегодня поздно, – бросил он, выходя из кухни.

Райан поставил сейф на заднее сиденье джипа и завел машину. Солнце всходило над кукурузными полями. Целые мили кукурузы, годной только на корм животным, слишком грубой для человека. Из-под колес машины поднялось облако пыли, когда Райан прибавил скорость, проезжая по заброшенной дороге – ближайшему пути до шоссе 50. Оно представляло собой первую часть пути до Денвера длиной в двести миль.

Кондиционер в машине Эми до сих пор не работал, что делало полуденную пробку на дороге еще более невыносимой. Если верить историкам, вождь племени арапахо по имени Нивот однажды сказал: «Люди, что увидели красоту боулдерской долины, обязательно захотят остаться и в конце концов обезобразят эти места». Черепашьим шагом продвигаясь к светофору на перекрестке Двадцать восьмой улицы и Арапахо-стрит, Эми начинала понимать, что подразумевалось под словами «проклятие Нивота».

На двенадцать тридцать у нее была назначена встреча в любимом ресторане. Грэм согласилась посидеть с внучкой до трех часов. Для Тейлор это означало, что ей предстоит посмотреть «Троицу» и «Герцоги из Хаззарда» бесчисленное множество раз, пока не наступит время дневного сна. Узнай об этом власти, Эми запросто могли привлечь к ответственности за жестокое обращение с детьми, но, даже несмотря на это, сегодня она твердо решила устроить себе небольшой отдых.

Эми припарковалась и дошла пешком до торгового центра на Перл-стрит. Хотя Боулдер славился красотой своих окрестностей, по иронии судьбы городок был популярен именно благодаря своей торговой улице. Длиной в четыре квартала, она предназначалась только для пешеходов и по праву считалась центром города. Старинные здания и множество небоскребов выстроились вдоль мощенной кирпичом улицы, приютив массу магазинчиков, галерей, пивоваренных заводиков, офисов и кафе. Торговая улица была местом, где, особенно по воскресеньям, можно увидеть что угодно и кого угодно, включая жонглеров, музыкантов, пожирателей мечей и других уличных артистов, создающих атмосферу вечного праздника. Эми улыбнулась, когда прошла мимо «Человека-индекса» – робота, способного по одному лишь почтовому индексу установить личность человека и даже описать его соседей, независимо от того, где он живет. Прошлой зимой Тейлор привела робота в полнейшее замешательство, предложив ему индекс Санта-Клауса.