Читаем Легенды и мифы России полностью

Что касается прочего населения, то оно, хотя и празднует день св. апостолов, но праздник этот не считается первостепенным и не связывается с какими-либо особыми религиозными обрядами. Местами же, как например, в Вологодск. губ., крестьяне даже скептически относятся к Петровскому посту, замечая, что пост этот выдумали попы вместе с бабами: «Первые для того, чтобы собирать «петровщину» (сбор яйцами, маслом, сметаной), а вторые — с целью накопить масла и яиц». Впрочем, пример вологодских скептиков надо признать исключением, так как в остальной России Петровский пост соблюдается, в крестьянской среде, во всей строгости церковного устава, а день «заговин» считается праздничным днем. Так, например, в Калужской губ. (Мещовск. у.) к этому дню все семейные, кому только есть возможность, стараются быть дома, а на столе, после ужина, оставляют объедки неубранными на том основании, что в доме собираются все умершие предки тоже заговляться. Пожилые бабы уверяют при этом, что они много раз видели и слышали, «как упокойники заговляются, обгладывают кости и оставляют на столе раскрытую посуду, которая прежде была закрыта» (кошки словно и в счет не входят у этих суеверных баб).

С таким же почтением относятся крестьяне и к дню «разговин». В Вельск, у., Вологодск. губ., до двадцатых годов минувшего столетия, существовал даже обычай общих разговин всем миром: прихожане приводили к церкви быка, тут же убивали его, и, сварив в больших котлах мясо, разговлялись все сообща. Когда возник этот оригинальный обычай — неизвестно, но уничтожен он, по сообщению нашего корреспондента, в 20 годах вельским исправником.

В прочих местах Великороссии крестьяне хотя и не разговляются сообща, но каждая семья заблаговременно готовится к Петрову дню: печет, жарит и варит и припасает водки. Последняя припасается в возможно большом количестве, так как все имеют в виду прием гостей и родственников, которые в Петров день приезжают даже из дальних деревень. Но в этой праздничной выпивке принимают участие, главным образом, только женатые и старики, — деревенская же молодежь еще с вечера уходит в поле и здесь, вдали от родительского надзора, проводит всю ночь, «карауля солнышко»: по народному понятию солнце в день Петра и Павла, как и в день Светлого Христова Воскресенья, играет какими-то особенными цветами, которые переливаются и искрятся как радуга (этот обычай караулить солнце первоначально был установлен с целью отогнать от села русалок, которые, в Петров день, своими злыми шалостями причиняли немало вреда посевам). Встретив солнышко, молодежь, обыкновенно, еще не расходится по домам, а заплетает венки на ветках деревьев, преимущественно на березе, — с теми же символами, какие придаются венкам на Троицын день.

В круговороте земледельческих работ Петров день, хотя и считается началом покоса трав, но почти не связывается с какими-нибудь особыми приметами. Говорят только, что «с Петрова дня зарница хлеб зарит» и что, «если просо в Петров день в ложку, то будет его и на ложку».

Что касается других, неземледельческих примет, то их почти не существует. Только в Тамбовской губ верят, что речное купанье в Петров день очищает от любодейных грехов.

На огненной колеснице могучий, седой старец, с грозными очами, разъезжает из конца в конец по беспредельным небесным полям, и карающая рука его сыплет с надзвездной высоты огненные каменные стрелы, поражая испуганные сонмы бесов и преступивших закон Божий сынов человеческих. Куда ни появится этот грозный старик, он всюду несет с собою огонь, ужас, смерть и разрушение. Его непреклонное сердце не смягчат ни вопли, ни стоны пораженных, и взор его грозных очей не остановится на зрелищах земных несчастий. Совершив правосудие неба, он, как бурный вихрь, мчится на своей сверкающей колеснице все дальше и дальше, и по могучим плечам его только рассыпаются седые кудри да по ветру развевается белая, серебристая борода.

Таков, по воззрениям народа, Илья-пророк, олицетворяющий собой праведный гнев Божий. Повсюду на Руси он именуется «грозным», и повсюду день, посвященный его памяти (20 июля) считается одним из самых опасных. Во многих местах крестьяне даже постятся всю ильинскую неделю, чтобы предотвратить гнев пророка и спасти от его стрел свои поля, свои села и скотину. Самый же день 20-го июля крестьяне называют «сердитым» и проводят его в полнейшей праздности, так как даже пустая работа считается великим грехом и может навлечь гнев Ильи. Если в этот день на небе появятся тучки, народ с боязнью следит за ними глазами; если дело доходит до грозы, то боязнь эта переходит в панический страх: все население забивается в дома, затворяет наглухо двери, занавешивает окна и, зажигая перед образом четверговые свечи, молит пророка сложить гнев на милость.