Читаем Ледяной Сокол полностью

За ним следом шла Хетья, потом лорд Ваир, облачка пара клубились у них перед лицами. Круглое, веселое лицо Хетьи похудело за время путешествия по Льду, а Ваир походил на засушенную змею.

Ледяной Сокол поколебался, глядя в туман, и решительно двинулся следом за ними вон из туннеля.

– Это ты называешь питательным отваром? – Бектис ткнул кожаной чашкой, от которой поднимался пар, в каменное лицо часового. – Помои в доме бедняка и то сытнее! Если ты… Мой господин! – Он повернулся к Ваиру с многозначительным выражением человека, которого вынуждают переносить неслыханные лишения. – Мой господин, могу я, пожалуйста, пожалуйста, рассчитывать на вашу доброту и просить вас объяснить этому идиоту, вашему повару, чтобы он не добавлял в питательный отвар бергамот! Это невозможно пить, просто невозможно!

Ваир взял чашку, попробовал и выплеснул содержимое в лицо часовому. Потом он дал краткую инструкцию на языке ха'ал, из которой Ледяной Сокол уловил только слово «флог». Бектису Ваир сказал:

– Хетья говорит, что, поскольку ты волшебник, ты можешь укоротить тепловой луч аппарата с помощью сознания. – Он прикоснулся к рамке. Она сверкала серебристым светом, и Ледяной Сокол почувствовал, что эта вещь живая, внимательно следит за всем вокруг и хочет продолжать охоту.

– Мы уже видим их сквозь лед, – объяснила Хетья. – Я бы сказала, льда осталось около фута. Растопи его так, чтобы остался дюйм-два, а остальное мы разобьем молотками.

Бектис, похоже, был в замешательстве.

– Лучи этому не повредят. – Рядом с колыбелью Темной Молнии стоял между двумя часовыми Тир, лице в синяках, белое и истощенное, глаза запали. Голос его звучал как бы издалека, словно он ускользнул в какое-то далекое сновидение. – Этому ничто не повредит.

– Молись, чтобы твое воспоминание оказалось верным, мальчик, – сказал Ваир, и Тир задрожал.

Взгляд огромных глаз, метнувшийся на лицо громадного человека, красноречиво рассказал, каким был для ребенка прошедший месяц. – Ты можешь сделать это, колдун?

– Разумеется, о великий лорд! – Бектис принял вид оскорбленной невинности, которого не было, пока Тир не заверил их, что «этому», находившемуся во Льду, не повредят никакие манипуляции мага. – Вы сказали, фут? – Он погладил бороду, и хрустальное устройство на его руке засверкало. – Может, лучше всего дойти лучами где-нибудь дюймов на десять, а остальное пусть довершат люди с молотками? – И он кивнул, упиваясь собственной мудростью. – Да, это будет лучше всего.

Хетья закатила глаза.

Бектис несколько раз глубоко вздохнул, словно собираясь с силами для какого-то трудного дела, потом совершенно неожиданно драматическим жестом простер руки. Хрусталь сверкнул под последними солнечными лучами. Ледяной Сокол видел холодную голубую энергию, бьющую из неизведанных глубин льда, видел хрустальные частицы в железной сетке, сверкающие искрами, вбирающие в себя силы воздуха, даже слышал сухое шуршание, будто ветер играет палой листвой.

Бектис закрыл глаза – если бы он мог исчезнуть отсюда с криком «абракадабра», как какой-нибудь уличный фокусник, он бы обязательно сделал это, подумал Ледяной Сокол – и наложил руки на шар из переливающегося стекла, бывший, похоже, сердцем аппарата…

Ледяной Сокол увидел, что энергия сверкнула и начала меняться. С вибрацией, рвущей ему нервы, почувствовал он; как вырвался луч мерцающей тьмы, прикосновение, вздох; шипение далеко в туннеле, белый свет, прорезающий облака тумана, повалил пар, словно чихнул дракон… Потом Хетья взяла у часового факел и пошла в туман. По сигналу Ваира за ней двинулись двое воинов с топориками в руках.

Из туннеля выплыл ее голос:

– Есть!

Ваир взял Тира за руку. Лицо мальчика окаменело, став похожим на вырезанное из кости. Бектис выпутался из золотых и железных решеток и пошел за ними в переливающийся голубизной туннель. Часовой, который только что принес вторую порцию отвара, остался стоять с дымящейся чашкой в руках.

Ледяной Сокол, как призрак, скользнул следом.

Туннель был длиной около ста футов. Туман сокращал видимость до дюймов. Голоса звучали влажно; капала вода, стучали топорики и хлюпали в лужах башмаки. Клоны носили ведра, особого тепла не чувствовалось, но в воздухе стояла сырость. Силуэты стали четче, Ледяной Сокол добрался до конца туннеля и увидел то, чего так добивался Ваир.

Воины еще оббивали лед с краев, но Ледяной Сокол отчетливо видел огромные, угольно-черные двери.

Ему казалось, что сквозь лед он видит и черную стену, в которую они были врезаны. Она тянулась в обе стороны, исчезая в вечной зеленой полночи глетчера.

Черная стена, черные двери, нетронутые и неповрежденные, а под ногами, под глыбами льда, ступени, ведущие вниз.

Целью путешествия было Убежище, давным-давно погребенное подо Льдом Севера.

– Открой их, мальчик. – Голос Ваира лязгнул в алмазной тишине – молот, заковывающий в кандалы, топор, разрубающий двери.

Ледяной Сокол, стоявший рядом с Бектисом, увидел, как дрожит Тир.