Читаем Леди Зима (СИ) полностью

Джонрако казалось, будто он продолжает лежать на палубе шхуны, а тёмные фигуры вокруг — распроклятые гвардейцы, покусившиеся на его корабль. Сейчас он встанет и покажет всем, кто тут хозяин! Вот только всё тело словно набили опилками, а пальцы напоминают переваренные сосиски и их невозможно сжать в кулак.

— Приходит в себя, — пробормотал кто-то, знакомый и Джонрако, с некоторым трудом опознал голос помощника, — Дайте ему воды.

— К чёрту воду! Бренди! — вырвалось из глотки капитана и он-таки сумел поднять тяжелейшие глыбы век, — Или рому, разрази меня гром!

— Вот теперь точно всё в порядке, — насмешливо сказал ещё один смутный знакомец, — Если Джонри потребовал рому — значит приходит в норму. Дайте ему налакаться и он будет, как огурчик.

Чья-то рука поднесла к губам Собболи деревянную флягу и в рот хлынул обжигающий напиток. С диким рёвом Джонрако вскочил на ноги и замахнулся на несчастного, подавшего ему адское пойло, способное оживить мёртвого и убить живого, не обладающего лужёной глоткой моряка.

— Что это за дрянь?! — завопил мореход, — Какого дьявола вы поите своего капитана мерзким дешёвым самогоном?

— Что-то получше найдёшь, когда мы выберемся из этой передряги, — с лёгким вздохом сказал Иварод, сидящий рядом, — Если выберемся. Так что — пей и не выделывайся.

Джонрако мотнул головой, прогоняя остаток пелены, застилающей глаза и в два глотка прикончил содержимое фляги, которую продолжать протягивать испуганный матрос. В глотку тотчас проникли дикие кошки и прокатившись по пищеводу, устроили безумную потасовку в желудке. После этого, огненная волна ударила в голову и Собболи окончательно пришёл в себя.

Только теперь он сообразил, где находится и кто его обступил со всех сторон. Вся команда, в полном составе, находилась в матросском кубрике. Сейчас спальные сетки и матросские сундуки сдвинули в угол, чтобы освободить место, а посредине поставили бочку с тусклым светильником. Он добавлял толику света к тому, который падал из узкой щели под потолком.

В этом убогом освещении капитан сумел разглядеть команду. Большинство матросов носило на лицах следы недавней схватки: синяки, царапины, разбитые носы и губы. Кое у кого Джонрако заметил повязки, пропитанные кровью. Среди прочих мелькнула и физиономия Фича, который впервые, за долгое время, оказался в столь непривычной кампании. Судя по виду старого навигатора, его тащили головой по доскам, основательно счесав морщинистую кожу. Возможно, так и было.

В углу кубрика кто-то глухо постанывал, изредка визгливо всхлипывая. Однако, взгляды, которые матросы бросали в направлении стонавшего, не отображали и капли жалости. Присмотревшись, капитан сообразил, кто взвизгивает — кок Санорени. Повар сидел на корточках, охватив голову пухлыми ладонями, словно опасался возможного нападения.

Далин, стоявший перед Джонрако, выглядел весьма непривычно. Возможно из-за бороды, большая часть которой превратилась в обгоревшие лохмотья. Судя по всему, боцман пытался привести остатки роскошной растительности в порядок, но получилось у него не очень хорошо.

Джонрако глухо засопел и предчувствуя недоброе, порыскал взглядом, остановившись на щели, откуда на чёрный потолок падали солнечные лучи. Итак — день. Неслабо он провалялся. Должно быть удар, лишивший его сознания, оказался так силён, что обморок перешёл в крепкий сон.

— Какого дьявола произошло? — спросил Собболи, в конце концов, — Кто-нибудь объяснит, в какое дерьмо мы вляпались?

— Если ты ещё не понял, — язвительно заявил Иварод, — Могу растолковать: мы в плену. Нас куда-то транспортируют, не желая ни кормить, ни поить. Мало того, с нами вообще не общаются.

Транспортируют? — переспросил Джонрако и посмотрел на Далина.

Тот пожал плечами.

— Мы выглядывали, — он указал на щель, — Карт удаляется, его уже почти не видно. Большая часть этих уродов ушла, осталось около десятка. Засранцы управляются с оснасткой и очень хреново управляются, надо сказать. Шпангоуты так и трещат, но нас упорно ведут в открытое море и честно говоря, мне это очень не нравится.

— Зная, как привык управляться с такими делами Магистр, думаю, что ничего хорошего нас не ожидает, — буркнул Ива и принялся чесаться, — Скорее всего, просто отправят на дно.

— Тише ты! — прикрикнул Джонрако и покосился на матросов: не слышали ли, — Только паники не хватало. Лучше расскажите, как всё это приключилось.

— Пошли, — Далин махнул рукой, подавая знак и один из матросов принёс кувшин, издающий резкий запах дешёвого спиртного, — Придётся пить пока это, ничего другого мы не нашли.

— Я категорически отказываюсь употреблять эту бурду! — Ива отвернул голову, очевидно надеясь, что его станут уговаривать, — Меня мутит от мерзкого напитка.

— Так не пей, блохастое создание, — откликнулся капитан и присел у борта. Джонрако приложился к кувшину и крякнув, кивнул, — Давай, рассказывай.

Боцман долго отряхивал остатки бороды, а потом принялся рассказывать: