Читаем Леди Маллоу полностью

— Да, ты бы это непременно сделала, если бы такая возможность существовала, — согласилась тетя, постукивая задумчиво пальцами по вееру. — У тебя, по крайней мере, достаточно энергии и предприимчивости. Не перестаю удивляться, как это ты одна из всего девичьего выводка, который произвели на свет твои родители, обладаешь таким неукротимым духом. И уж если на то пошло, такой красивой внешностью.

— Спасибо, милая моя тетя Аделаида, — сердечно поблагодарила Сара.

Обеих женщин — пожилую и молодую — связывали глубокие взаимные симпатии. Сару привлекали в тете проницательный ум и искрящийся юмор, а той, в свою очередь, нравились в племяннице ее смелость и горячность. «Она родилась раньше своего времени», — часто думала тетя Аделаида. Но это, как считала она, нисколько не вредило Саре. Племянница все равно не выносила общества жеманных, малокровных, смиренных и робких ровесниц. Что-то случилось с когда-то великолепной английской расой. Вспоминая дни своей юности, пожилая леди не могла припомнить такого размаха ложной благопристойности. Общественная атмосфера стала меняться с восшествием на трон молодой принцессы Виктории, и перемены ускорились, когда она вышла замуж за унылого и упрямого Альберта. Теперь уже повсюду преобладало откровенное притворство и лицемерие. Прятали от посторонних взоров даже ножки обыкновенного обеденного стола. Никто не носил платьев с корсажем. Каким-то способом — и в изобилии — производились дети, но, видимо, в состоянии странной потери памяти, потому что всякая порядочная женщина даже не позволяла себе думать на эту тему.

Однако, как было известно тете Аделаиде, эти лукавые тихони подняли искусство ловли мужа на почти недосягаемую высоту. Причем проделывали они свои трюки, скромно опустив глазки и сохраняя на лице выражение крайней невинности. И было удивительно, что при взгляде на них мужчины не бежали в ужасе на острова Тихого океана или в далекий Китай в поисках более темпераментных невест.

Сара, слава Богу, была слишком искренней и живой для подобного лицемерия. Она любила и по-настоящему хотела соединить свою судьбу с судьбой Амброса Маллоу, а сохраняла свою любовь в тайне только из-за этой изнурительной тяжбы относительно наследования имущества старого Маллоу. И надо же случиться, что именно сейчас, после двадцати лет отсутствия, появился Блейн Маллоу. И это было так некстати, что вызывало подозрение.

Никто, разумеется, полностью не верил, что он приехал, прочитав объявления, напечатанные почти во всех солидных газетах земного шара. Вряд ли в нем заговорила совесть перед лицом овдовевшей матери. По общему мнению, он не походил на человека, у которого могла быть совесть. Скорее, он выглядел как типичный авантюрист, искатель легкой наживы, титула и положения в обществе. При этом многие были готовы признать его дворянское происхождение: во всем его облике сквозили высокомерие и уверенность в себе.

Но сын леди Мальвины? Большинство скептически качало головами. Разве могла эта несерьезная, болтливая, склонная к позерству женщина произвести такого сына?

Весь парадокс ситуации заключался в том, что леди Мальвина признала Блейна без малейших колебаний, отмахнулась от непонятных провалов в его памяти, касавшихся некоторых семейных событий, и заявила, что он — ее сын. Дополнительным и, безусловно, неоспоримым доказательством был пятилетний мальчик предполагаемого самозванца. Если сам отец, по мнению многих, до неузнаваемости изменился, то ребенок был точная копия настоящего Блейна Маллоу, изображенного в том же возрасте художником Джошуа Блейком тридцать лет назад.

Данный факт явился важным доказательством, и стало очевидно, что в связи с возвращением законного наследника Амброс мшится усадьбы Маллоу, а бедная Сара с ее энергичным, но упрямым характером потеряет Амброса.

— Тебя кто-нибудь узнал в зале суда? — спросила тетя Аделаида, взглянув на Сару.

— Боже упаси, нет! Я всегда садилась в самом заднем раду. Даже Амброс не догадывался о моем присутствии. — Сара рассмеялась, вспомнив что-то веселое. — Джеймс буквально пришел в ужас, когда я попросила его подождать меня у здания суда. Но этот милый и преданный человек беспрекословно исполнил мою просьбу. Нет, нет, тетя Аделаида, никто меня не видел. На мне был серый плащ с высоким воротником, которым я прикрывала лицо. Меня, думаю, приняли за незнакомую поклонницу истца. Этого только недоставало!

— Наверное, получила большое удовольствие, бессовестная девчонка!

— Непременно получила бы, если бы не решался вопрос, так глубоко затрагивающий меня. Ни с чем не сравнимые новые впечатления. Жаль, тетя Аделаида, что вы не имели возможности видеть его жены. Лживая тварь с широко раскрытыми и такими наивными глазами. А ведь кто-кто, а она должна знать правду.

— Она красивая? — поинтересовалась тетя.

— Тонкая и желтолицая, совсем не похожа на англичанку. По-моему, это от долгой жизни в тропиках. У нее какая-то странная внешность. Мне трудно точно описать. Возможно, она действительно красива.

— Звучит так, будто они хорошо подходят друг другу.