Читаем Леди Дерзость полностью

— Ориел! — Ливия подскочила к ней и схватила за руку. — Меня поражает твоя невоспитанность. Посмотри на себя. Твое платье ни на что не похоже. А что с твоим лицом? С волосами? Тебя разве не учили, как пользоваться булавками, или ты не знаешь, что такое головной убор? О пресвятая Мария! Идем со мной.

Ливия кивнула обоим мужчинам.

— Я распоряжусь, чтобы принесли вина и хлеба, милорды. Отдохните немного.

Закрыв за собой двери гостиной, Ливия напустилась на Ориел.

— Никчемная девчонка, твоя голова забита всякой ученой чепухой, а толку мало. Я иду на кухню. Отправляйся в свою комнату и приведи себя в порядок.

Ливия поспешила вниз по лестнице, а Ориел бросилась в свою комнату, крича, чтобы Нелл помогла ей поскорее сменить платье.

Раньше она никогда бы не поверила, что тетки могут пригласить в дом молодого человека, которого она захочет видеть своим женихом. Однако тот, кого она сегодня встретила, звучание его голоса, стройная фигура заставили поверить в невозможное. Это был мужчина, которого она могла представить прикасающимся к ней — вещь немыслимая, когда речь шла о других многочисленных кандидатах в женихи, приглашаемых тетками в Ричмонд-Холл.

Пока Нелл шнуровала корсет и застегивала пуговицы, Ориел в нетерпении переминалась с ноги на ногу, боясь, что молодой человек исчезнет, а она так и не узнает его имени.

Как он себя назвал? Кажется, Блэйд? Да, точно-Блэйд. Наконец Нелл закончила, и Ориел поспешила обратно в большую гостиную. Одна из дверных створок была наполовину открыта, и Ориел не смогла отказаться от соблазна заглянуть внутрь-чтобы еще раз увидеть молодого лорда.

Они как раз приступили к трапезе. Старый лорд сидел за столом, на котором стояли графин с вином, два бокала и поднос с хлебом. Лорд Фитцстивен по-прежнему был чем-то недоволен, его лицо раскраснелось. Он налил себе вина, выпил и шумно вздохнул. Его сын расхаживал по комнате, полы его плаща раскачивались в такт его шагам. Неожиданно он остановился у камина и обернулся к отцу. Старый лорд отломил кусок от каравая хлеба и принялся есть.

— Черт бы тебя побрал! — сказал Блэйд. Ориел собиралась было распахнуть дверь, но, услышав голос молодого человека, замерла в нерешительности. Отец ничего не ответил сыну, его рот был полон, и он продолжал жевать.

— Это уже четвертая девушка, которую ты мне прочишь в невесты. И самая худшая. Может, хватит?

— Ее надо лишь одеть и причесать, и она будет не хуже других. Видел, какие у нее роскошные волосы? Темные, с красным отливом. Это наверняка говорит о горячем темпераменте.

— Меня это не волнует. Не хочешь ли ты подкупить меня и заставить вернуться к тебе, принеся мне в жертву девственницу?

— Твой долг остаться со мной и произвести на свет наследников.

Блэйд скрестил на груди руки.

— Мой долг не убивать тебя. Вот почему ты еще жив, дорогой отец.

Лорд Фитцстивен отставил свой бокал таким резким движением, что вино выплеснулось на скатерть, и, встав, бросил гневный взгляд на сына.

— Я не поднимал руки на тебя с тех пор, как ты связался с этим разбойником с большой дороги — Джеком Миднайтом.

— Нет, отец, ошибаешься. Ты был вынужден оставить меня в покое, когда мне исполнилось шестнадцать лет и я уже мог дать тебе отпор. Я не забыл, как ты избивал меня до полусмерти и как однажды после очередной порки запер в темном чулане. Тогда мне было всего четырнадцать.

Кулак старого лорда обрушился на стол с такой силой, что графин с бокалами едва не полетели на пол.

— Мой наследник должен жить в Англии, а не во Франции. Ты по-прежнему боишься меня, иначе не рвался бы отсюда.

— Не фантазируй, — отрезал Блэйд. — Я уже говорил тебе, что вернусь назад только тогда, когда тебя не станет. Нет ничего, что могло бы удержать меня здесь, особенно после того, как ты вогнал в гроб мать.

— Твоя мать была слабым человеком, а ты — жалкий трус, коль не можешь жениться на такой девушке, как Ориел.

— Боже милостивый! — Блэйд двинулся было в сторону отца, но остановился и, сжимая рукоятку шпаги, выругался. — Жениться на этой?! Ее глаза, словно сушеные горошины, а остренькое личико, как рыльце куницы. Она даже не помнит, как меня зовут!

Ей пришлось призвать на помощь все мужество, чтобы остаться на месте. Его презрительные слова прозвучали для нее так неожиданно, что до нее не сразу дошел их смысл. Но потом она поняла, что, когда несколько минут назад восхищалась им, ему было тягостно ее присутствие/В памяти Ориел пронеслись картины ее прошлой жизни, когда молодые люди не замечали ее, — балы, где она подпирала стены, глядя, как танцуют другие; дни одиночества, проведенные среди книг или отданные охотничьим забавам, в то время как другие девушки находили себе более приятные развлечения.

До сегодняшнего дня она и не стремилась добиться симпатии со стороны мужчин, ибо это могло обернуться для нее моральной травмой. Но, увидев этого темноволосого молодого человека с глазами небесного цвета, она забыла о своих страхах и потеряла голову. И вот теперь расплачивалась за это.