Читаем Лазурное прошлое полностью

В кухне их ждала постная овсянка, но мальчикам, за весь день не съевшим и крошки, есть все равно не хотелось. Козленок больше ни словом не вспомнил про трупы, лежавшие на дворе, а уж Белый Рог тем более обходил этот предмет. Не сговариваясь, они молча устроились на соломе в конюшне около тихонько фыркавшего коня. Присутствие живого существа придавало им мужества. Измученный Козленок быстро заснул, прижавшись к брату, но Белый Рог долго еще вглядывался в темноту, бездумно следя за призрачными разноцветными точками, от усталости мельтешившими у него перед глазами. У него все время было жуткое ощущение — хоть и понимал он, что это невозможно, — будто убитые встанут и, окровавленные и страшные, придут к нему, чтобы отомстить. Каждый шорох за стенами конюшни заставлял мальчика долго и напряженно прислушиваться. Козленок беспокойно шевелился, что-то невнятно бормотал сквозь сон. Вдруг он вздрогнул, глубоко вздохнул, и Рог почувствовал, как ладошка брата неуверенно касается его, точно малыш хотел убедиться, что он не один. В ночной тьме, пахнувшей соломой и лошадьми, Рог прижал брата к себе, обнял его.

— Это только сон, — проворчал Рог.

— Мм… — тоскливо забормотал Козленок. — Они ведь снова придут, правда? — спросил он чуть погодя.

Рог закусил губу.

— Да, — прошептал он в ответ. Лгать не имело смысла, хотя уже завтрашний день мог оказаться последним в короткой жизни Козленка. Но и он, Рог, проживший в два раза больше лет, не был готов к путешествию за Небесные Врата.

Козленок еще теснее прижался к брату, а Рог с грубоватой лаской взъерошил ему волосы. Он любил малыша. Козленок, хоть и маленький, был совсем неглуп. Он оказался намного более сообразительным и отзывчивым, чем Смекалистый, которому уже само его имя должно было бы прибавить ума, но мальчик рос добродушным и ничем особенным не выделялся.

Козленок скоро снова заснул. Рог, прислушиваясь к тихому сопению младшего брата, поначалу боролся с закрывающимися глазами, но в конце концов усталость взяла свое, и паренек погрузился в неглубокую дрему, точно заяц, который всегда настороже.

* * *

Рассвет был холодным, в воздухе чувствовалась еще ночная влага. Белый Рог внезапно открыл глаза и беспокойно огляделся.

«Живы мы еще», — невесело подумал он и принялся тормошить брата:

— Вставай, Козленок.

Мальчишка широко зевнул, потянулся и протер заспанные глаза.

— Работы много, — пояснил Рог.

Конь убитого солдата за ночь настолько пообвык в конюшне, что без сопротивления позволил расседлать себя. Скромное вооружение Белого Рога обогатилось коротким копьем, которое было приторочено к седлу. Гораздо больше обрадовала его другая находка: арбалет и колчан со стрелами. У него никогда не было возможности поучиться драться на мечах или дубинках, но камни он метал очень точно и был неплохим стрелком из лука. На телах убитых разведчиков он обнаружил ножи и короткие обоюдоострые мечи. Трупы были слишком тяжелы, чтобы он смог перетащить их подальше, за пределы владений Дубового. Но все-таки с помощью веревки, обвязанной вокруг столба и натянутой изо всех сил, удалось по одному сволочь их в буйно разросшиеся сорняки за дровяным сараем. Козленок по поручению брата присыпал свернувшуюся кровь песком и затер следы.

Они съели отвратительную овсянку, которая за ночь превратилась в холодную застывшую массу. Рог после недолгих раздумий выделил себе и брату по яблоку. Не было смысла экономить еду, поскольку враг уже выслал разведчиков, а главные силы каждую минуту могли подойти к Козьему холму. Барабаны отбивали маршевый ритм так близко, что Рогу казалось, будто этот однообразный звук проникает ему в жилы, в мозг и вот-вот просто разорвет его изнутри.

— И что теперь? — отважился спросить Козленок, глядя на брата доверчивым собачьим взглядом.

— А теперь спрячемся, — ответил Белый Рог, собирая оружие. Вот уже какое-то время он думал об одном и том же: он калека (что ж, такая уж судьба), надежда на побег слабая, даже если использовать добытого коня. Раненное в ногу животное совсем не годилось для езды. Может, легкого Козленка конь бы и выдержал, но Рог боялся отсылать брата одного. Находясь рядом с малышом, он, по крайней мере, был уверен, что хотя бы сможет попытаться его защитить.

— В доме? — упорствовал Козленок.

Белый Рог колебался недолго. Дом был построен солидно, как маленький форт. Даже вместо окон у него были узкие щели, через которые можно довольно долго обороняться, при условии, конечно, что нападающие не подложат огня. Видно, это пришло в голову и Дубовому, когда он решил оставить свое хозяйство. Рог покачал головой. Лучше уж остаться в конюшне. Тут легче укрыться в соломе или, если понадобится, удрать через вторые ворота, выходившие на огороженную площадку для выгула лошадей.