Казалось бы, помощь и содействие – вот они, рядом, под рукой, и одновременно вне досягаемости. Поистине, она оказалась в безвыходной ситуации. Стефан оказался прав: гестапо практически ликвидировало ту подпольную группу, в ряды которой она должна была влиться. Те немногие, кому удалось избежать ареста, видно, залегли на дно в ожидании лучших времен. Конни допила кофе. Оставался последний адрес, который продиктовал ей Стефан как запасной вариант на самый худший, на самый крайний случай. Она расплатилась по счету, подхватила свой чемодан и снова двинулась в путь, петляя по парижским улицам.

Всякий раз, когда мимо нее проезжали, громко сигналя, немецкие машины с солдатами, сердце у нее уходило в пятки. Она держала путь в северные районы парижской столицы и наконец оказалась на улице Де Варен. Широкий тенистый бульвар с красивыми элегантными особняками по обе стороны улицы. Многие из них производили впечатление необитаемых. Однако уже издалека, глянув на особняк, который ей был указан, Конни поняла, что в доме кто-то есть. Свет лился из широких окон на улицу, в одной из комнат на первом этаже какие-то фигуры двигались, видно, в такт музыке.

Сделав глубокий вдох, Конни пересекла проезжую часть, поднялась по ступенькам парадного крыльца и нажала на дверной звонок.

Через несколько секунд на пороге появилась пожилая служанка. Окинув Конни пренебрежительным взглядом, она спросила:

– Что вам угодно?

– Мне нужно увидеть Героя, – едва слышно прошептала в ответ Конни. – Скажите ему, что Стефан передает ему привет.

Выражение испещренного морщинами лица служанки мгновенно переменилось. В глазах ее отразилась тревога.

– Входите, мадам. Только тихо. Я сейчас позову его, – сказала женщина, пропуская Конни в вестибюль.

– Так он дома? – выдохнула Конни, мгновенно почувствовав невыразимое облегчение.

– Да, но… – Служанка замялась в нерешительности. – Одну минутку, мадам.

Она исчезла за одной из дверей, а Конни принялась разглядывать помещение. Изысканная антикварная мебель, парадная лестница, с утонченным изгибом уводящая наверх и, безусловно, являющаяся главным архитектурным акцентом всего просторного вестибюля. Наверняка хозяева этого особняка принадлежат к богатым сливкам общества. Что ж, этот мир ей хорошо знаком, и она чувствует себя в нем как рыба в воде.

Через несколько секунд появился высокий темноволосый мужчина, сухощавый на вид, с безупречной фигурой, сразу же выдававшей в нем француза. Он был в вечернем костюме.

Быстрым шагом он подошел к Конни и тут же заключил ее в объятия.

– Добрый вечер, дорогая! – воскликнул он громко, не выпуская изумленную Конни из своих рук. – Я не ожидал вас, – прошептал он ей на ухо, еще теснее прижимая к себе. – У нас тут вечеринка. Вас могли заметить, когда вы поднимались по ступенькам крыльца. – И тут же проговорил уже громко: – Ну как добрались?

– Кое-как, с грехом пополам, – ответила она растерянным тоном.

– Вы француженка? – снова прошептал он ей прямо в ухо, не разжимая объятий.

– Да, мои родственники родом из Сен-Рафаэлль, – быстро ответила она ему тоже шепотом.

– Как вас зовут?

– Констанция Шапель. Моя тетя – баронесса де Монтень.

– Я знаком с этой семьей. – В глазах мужчины мелькнуло облегчение. – Тогда вы моя троюродная сестра. Приехали навестить меня. Ступайте наверх, Сара проводит вас. Поговорим позже. – Разжав наконец свои объятия, мужчина заговорил нормальным голосом: – Да, в наше время дальние поездки – одно сплошное мучение. Чего стоят хотя бы эти бесконечные проверки документов. Приводи себя в порядок, дорогая Констанция. Ждем тебя внизу.

Он выразительно глянул на нее, давая понять, что так надо. После чего развернулся и направился к гостиной, широко распахнув двери.

Конни увидела, что в комнате полно немцев в военной форме.

11

В сопровождении Сары Конни поднялась на второй этаж и очутилась в роскошной спальне. Сара на время оставила ее одну, занявшись приготовлением ванны, а обессилевшая от всех свалившихся на нее переживаний Конни рухнула в кресло, пытаясь привести в порядок свои мысли после того шока, который она только что испытала внизу. Что это было? В процессе ее подготовки к заброске сюда она вместе со своими наставниками прорабатывала множество самых различных сценариев развития событий. Но ни один из них, даже самый дерзкий, не предполагал, что свою первую ночь в оккупированном немцами Париже она проведет именно в их обществе.

Но вот Сара вернулась за ней и проводила по коридору в ванную комнату. Конни тут же с наслаждением погрузилась в горячую воду. Вот уже в течение двух дней она была лишена возможности помыться как следует. Нежась в ванне, она даже иронично улыбнулась при мысли о том, сколь разителен контраст между всем тем великолепием условий ее пребывания, в которых она очутилась, и всем остальным. С большой неохотой она вылезла из воды и поспешила в ту спальню, в которую ее определила служанка.

Сара устроилась на кушетке рядом с кроватью. Увидев Конни, она жестом попросила ее присесть рядом.

– Пожалуйста, присаживайтесь, – озвучила она свое приглашение.