Читаем Ласточкин хвост полностью

Джо последовал за Перл и Говардом к дому, что, казалось, заняло целую вечность: Говард с тростью и старушка, опирающаяся на ходунки. Шарканье, шаг вперед, шарканье, шаг. Оказавшись внутри, Перл щелкнула выключателем, и взору предстал парадный холл. Слева находилась гостиная, мебель в которой была накрыта белыми простынями. Большой арочный проем в дальней части комнаты вел в помещение, освещенное висящим светильником – вероятно, столовая. Справа находился небольшой кабинет. На столе со сдвижной крышкой беспорядочно валялись бумаги и ручки. Прямо от входа в темноту тянулся коридор. Определенно, когда-то это место захватывало дух, но годы запустения были заметны по выцветшим обоям, пыльным плинтусам и паутине в углах.

– Вы сказали, что я смогу позвонить родным, – сказал Джо.

– Конечно, – Перл пальцем позвала его следовать за ней и зашаркала вглубь по коридору, на ходу включая свет. Каждый выключатель громко щелкал, будто включался свет на стадионе. По пути они миновали лестницу и еще одну комнату справа. Когда они повернули налево, на кухню, Джо увидел, что часть комнаты вела в помещение, которое, как он догадался, было столовой. Похоже, они сделали круг.

Перл указала на старый телефон с поворотным номеронабирателем, стоящий в нише. Матерчатый шнур спускался к вилке над плинтусом. Джо набрал номер и слушал гудки, звонком раздающиеся в доме его отца.

Перл подняла палец и прошептала:

– Пойду проверю Говарда. – И пошла обратно по коридору, делая по одному уверенному шагу зараз.

Сестра ответила, используя формулировку, которую требовала произносить их мать всякий раз, когда им звонили:

– Дом Арнесонов, Линда у телефона.

Джо улыбнулся. Маленькая леди.

– Линда, это Джо.

– Джо! – Он услышал волнение и любовь в ее голосе и вдруг понял, что ужасно по ней соскучился. – Боже мой, не могу поверить, что это ты! Я так по тебе скучала.

– Я тоже по тебе скучаю.

– Ты вернешься домой?

– Надеюсь. Можешь позвать папу?

Он услышал, как звякнула трубка, когда она положила ее на стол, уходя. Через минуту отец уже был на линии, и Джо вводил его в курс дела.

Разговор прошел не так, как он надеялся. Возможно, все прошло бы более удачно, если бы отцу сначала позвонили из «Трендейла», чтобы подготовить почву, но этого не произошло.

– Позволь мне прояснить, – сказал отец раздраженно. – В «Трендейл» обратилась женщина, которая заявила, что она твоя бабушка, а ты просто взял и уехал с ней? Ты что, совсем спятил?!

– Так, значит, она не твоя мать? – спросил Джо. – Потому что у нее есть документы, и довольно убедительные. Свидетельство о рождении. И она показала мне свои водительские права.

– Перл Арнесон – моя мать, да, по крайней мере, юридически. Но мы не общаемся уже очень, очень давно. И я не собираюсь это менять.

– Почему? Что произошло?

Тяжелый вздох.

– Это уже не важно.

Джо узнал этот нетерпеливый тон – отец просто не хотел об этом говорить. Избавляться от болезненных воспоминаний было его способом решать проблемы. Или, в данном случае, не решать их вовсе.

– Хочешь с ней поговорить?

– Нет, я не хочу с ней разговаривать. – Нетерпение переросло в раздражение.

Джо понял, что лучше перейти к делу.

– Сейчас я в ее доме, на Стоун-Лейк-роуд. Сможешь приехать за мной завтра? – Джо понимал, что просить его приехать сегодня не стоит.

Возникло молчание, а затем отец сказал:

– Минутку.

Джо слышал, как дальше по коридору Говард что-то говорил Перл о том, что пора возвращаться домой. Другим ухом он слышал приглушенный голос отца, объясняющего что-то матери. Должно быть, он закрыл трубку ладонью.

После долгой паузы в трубке послышался треск и голос отца:

– Какой номер дома, Джо? Позвоню тебе завтра.

Джо наклонился и прочитал на карточке в центре номеронабирателя:

– Хопкинс, 4–3695.

– Значит, тот же, что и раньше.

– Наверное.

– Вот что я тебе скажу, Джо. – Отец сделал паузу, и Джо представил себе его усталое лицо и то, как он нахмурил переносицу – как всегда, когда имел дело с чем-то неприятным. – Мне нужно все обдумать. Позвоню тебе утром, и тогда поговорим.

– Хорошо.

Разочарованный, но не удивленный, Джо попрощался и повесил трубку. Через минуту в дверях появилась Перл.

– Как все прошло? – спросила она.

– Как выяснилось, я смогу уехать отсюда только завтра.

– Понятно.

– Если вы не против?

– Более чем не против. Я буду рада, если ты останешься. Как я уже говорила, у меня есть один проект, и твоя помощь мне не помешает. Это почти на все лето, и мне придется кого-нибудь нанять. Если уж платить кому-то деньги, причем немалые, то уж лучше внуку родному.

Внуку. Это слово так легко прозвучало из ее уст. Но Джо показалось странным услышать его от женщины, с которой он только что познакомился. Она посмотрела на него выжидающе, и он ответил:

– Мило, что вы подумали обо мне, но я должен возвращаться домой. У меня дела.