Не хватала еще применения «биологического оружия» со стороны западного недоброжелателя моего царства. Меня очень напрягло это известие.

Итак, что мы имеем? Кагана отпускаем, через пять дней его кончаем. Да, жестоко, но время такое. Если у кого-то возникнут мысли о том, что с моей стороны это не благородно, то пусть сначала посмотрит на пепелища разграбленного Хольмгарда, а потом рассмотрит труп легендарного Гостомысла. За столицу я отомстил Саркелом, а за Гостомысла цена — головы Триумвирата. Византийский патриарх был как-то буднично взят, с каганом разберусь через пяток дней. Останется понтифик.

Далее. В царстве грядет нечто ужасное, возможно мор, чума. Возможно — крестовый поход. Последнее маловероятно, так как слишком длительный это процесс — сбор такой армии. Да и не сформировались еще центры силы в виде королей, которые не хотят драться друг с другом из-за единой религии.

Нужно еще разобраться с Крымом. Подавить восставших и утвердить Метика князем. А потом дождаться Радомысла и решить как поступить с вызволением Милены из лап Понтифика.

Размышляя, я снова уткнулся взглядом в перстень Манассии, который он перестал укрывать от моих глаз. Я вспомнил, что это за узор. Трезуб. Точно такой же на гербе Украины. Неужели этот перстень что-то значит для экс-кагана, представителя Триумвирата? Что-то я слышал о хазарском трезубе. Что-то на краешке сознания. Теперь понятно, что меня смущало в начале разговора. Неужели это символ кагана или члена Триумвирата?

— А перстень тебе придется оставить здесь, на этом столе, — ровным тоном заявил я хазарину.

Лицо Манассии побагровело.

[1] Дромон — быстроходное парусно-гребное судно византийского военно-морского флота.

Глава 6

Тьмутаракань, лето 827 г.

Я стоял на вершине крепостной стены и рассматривал красоты тьмутараканьского берега. Сочно-голубые волны набрасывались на песчано-галечный берег в многочисленных попытках разграбить его. Летнее солнце яркими мазками подсвечивало неустанные попытки моря по захвату суши. Влажный воздух приятно щекотал ноздри. Многочисленные чайки сновали по побережью в поисках еды.

Вчера Манассия покинул город в сопровождении тридцати оставшихся хазарских воинов. Перстень ему все же пришлось оставить. Я потратил не один час, разглядывая украшение, но так и не смог догадаться о его реальном происхождении. То, что перстень с трезубцем был ценен бывшему кагану, неоспоримо. То, с какой ленцой и недовольством он стягивал с пальца золотой кружок, говорило само за себя. Жаль, что Манассия проигнорировал вопросы о перстне. Думаю, что это вполне может быть символом члена Триумвирата. Это слишком очевидно. Метик со мной согласен в этом. А Эса обещала выяснить у своих людей в Царьграде наличие подобного перстня в «гардеробе» патриархов.

Кстати, судя по последним донесениям, православную церковь возглавляет теперь не единоличный глава. Управлять ей будет коллегиальный орган в лице Совета митрополитов. Меня это вполне устраивает. Главное, чтобы не рождались мысли об участии в сговоре с Понтификом по мировому господству. Никогда не верил в мировые заговоры, но реальность такова, что приходится бороться именно с ним. С другой стороны, я ничем не лучше, сам же предполагал, что придется менять историю так, чтобы будущее, из которого появился я, стало лучше. Противники хотят того же — поменять историю, чтобы лучше было именно им. Вот только разница не только в этом, но и в том, что понятие «лучшего» у нас кардинально разнится.

Жаль, что мне ставят палки в колеса и приходится отвлекаться на Понтифика. Но проблема Запада, как говорит Эдик, будет висеть над нашим царством, словно дамоклов меч. И единственным правильным и верным решением является покорение этого Запада. Задача не простая, займет много времени, но дивиденды будут катастрофически огромными. Контроль территории Англии, Франции, Германии, Испании, Португалии, Италии и кучи мелких государств, даст мне неоспоримое преимущество перед всем остальным миром. Что ни говори, но именно Европа дала половину всех потрясений, всколыхнувших человечество. Крестовые походы, кругосветные путешествия, покорение Америк, уничтожение целых цивилизаций многих континентов, не говорю уже о мировых войнах. Все это заставляло людей искать решения, которые помогли бы пережить эти потрясения и выйти живыми из сложившихся проблем.

Поэтому идея покорения Европы, чтобы в дальнейшем не случилось мировых войн, США, уничтожения «индейцев» и прочих злодеяний европейцев, является достаточно здравой. Да, я не альтруист и делаю это все не столько для «блага человечества» сколько для моего новорожденного царства. В любом случае, Гардарики станут империей. Все к этому идет. Если, конечно, я выживу и смогу оставить после себя наследие, способное сохранить то, что получится собрать. Александр Македонский тоже неплохую империю сколотил, но после его смерти все развалилось. И таких примеров история знает много.

— Ларс, не хмурься, — фыркнуля Эса, посмеиваясь над моим сосредоточенным лицом.