Читаем Ларденгрод полностью

В течение дня в лагерь вернулись последние охотники, с тем немногим, что удалось выследить на равнине. Женщины принялись готовить ужин, и вскоре над лагерем потянулись ароматы запеченной дичи и наваристой похлебки. Под умелым руководством Дервульфа гномы управились с погрузкой провизии еще до темноты. С наступлением сумерек в лагере заиграла лютня и забили барабаны. Следом зазвучали первые песни, возвещая о начале скромного пира. Между двумя большими кострами в два ряда выстроили столы, а вместо стульев подкатили пустые бочки из под пива.

– Эх, знал, что они пригодятся! – довольно сказал Дервульф подошедшим к нему Форинвальду и Хальдору. – В любом случае, стоит захватить эти бочонки с собой, посмотрим, быть может в будущем мне удастся сварить немного черного эля!

– Удастся, если ты не забыл погрузить семена каменной лозы и прочих растений, которые мы упаковали и приготовили у моего шатра. – проскрипел Форинвальд.

– Все сложено в особой повозке, почтенный мастер, как вы и просили. Банки с семенами плотно обмотаны шкурами и связаны друг с другом. Ящики с арзалитом мои ребята поместили на самое дно повозки. Остальные порошки и травы рассортированы по мешкам, в соответствии с вашими инструкциями.

Дервульф почтительно поклонился, тщательно скрывая гордость за безупречно выполненную работу.

– Что ж, замечательно. Тогда, не знаю как вы, почтенные гномы, а я пожалуй сяду за стол. Уж больно вкусно нынче пахнет мясо. Хальдор, помоги мне сесть.

Молодой гном отвел учителя к краю еще почти пустого стола и усадил старца на бочонок. Тут же, к ним подбежала темноволосая девушка-гном в запачканном кровью и жиром фартуке и в закопченном от дыма платке, небрежно повязанном на голове. Она поинтересовалась с чего Форинвальд хотел бы начать ужин. Тот пожелал запеченный в углях картофель, пару кусков жаренной баранины и запить все это теплым вином, из запасов Гнезда Грифона. Выслушав старика, девушка поклонилась и бросив короткий озорной взгляд на Хальдора поспешила к южному костру готовить заказ. В это время напротив Форинвальда сел картограф Фурдар и завязал с рунотворцем оживленную беседу на тему возможной растительности Снежного Предела. Удостоверившись, что учитель пока не нуждается в его услугах, Хальдор направился вслед за убежавшей молодой прислужницей.

Лагерь бурлил. Уже совсем стемнело, и повсюду зажигались установленные на шестах факелы. Гномы постепенно стекались из своих палаток к центру лагеря, принося с собой остатки продуктов и столовые принадлежности. На окраине поляны, рядом с большим шатром расположились музыканты и принялись настраивать инструменты.

Хальдор прошел мимо все нарастающей горы бочек с элем, и маневрируя среди снующей под ногами детворы направился в сторону южного костра. По пути он чуть не столкнулся с несколькими младшими хускарлами – его бывшими соратниками, однако вовремя накинул на голову капюшон и те прошли мимо, не обратив на него внимания. Хальдор избегал встречи с ними с тех пор, как пал Бервидольф. Ибо вместе со званием оруженосца, он потерял и уважение своего сословия.

У южного костра было многолюдно. По кругу от него были выставлены небольшие столы, за которыми и кипела основная работа. От запаха жарящегося мяса, свежих нарезанных овощей и специй у голодного Хальдора закружилась голова. Он сглотнул слюну и стал искать взглядом ту, за кем он сюда пришел. Женщины поглощенные готовкой всевозможных блюд не обращали внимания на то, что происходило вокруг них. Девушки помоложе занимались разносом еды к столам, хотя у них пока работы было немного. До начала пира оставалась еще пара часов, поэтому большинство из них сидели в сторонке и опасливо поглядывали на главную среди поварих. Килра Кормилица возвышалась над прочими поварихами практически на голову, и ростом была вровень с некоторыми гвардейцами тана. Ее огненно рыжие волосы были сплетены в толстую короткую косу спадавшую на спину. Тяжелые черты лица придавали ее внешности еще более грозный вид. Лишь отсутствие бороды отличало ее от мужчины.

Она проходила вокруг костра уперев крепкие руки в бока и оценивающим взглядом окидывала то, что готовили ее подопечные. Иногда, обнаружив у одной из поварих какую-либо оплошность, она немедленно краснела и низким гулким голосом исторгала поток ругательств, достойный разве что не самого воспитанного горняка. О ее суровом нраве было широко известно всем жителям Берегонда и даже некоторым, за его пределами. Поварихи и служанки боялись ее пуще Подземных Повелителей, но при этом нужно отдать должное тому, как ее характер отражался на работе ее подчиненных. Хоть еда гномов и была довольно простой, поварихи Кормилицы умели так приготовить и приправить свои блюда, будь они из мяса, овощей, серых грибов или каменной лозы, что на пиры Берегонда часто приезжали представители людской аристократии из соседних стран. Поэтому она всегда была на хорошем счету у старейшин кланов, хоть гостям ее никогда и не представляли.