Читаем Лампа Ночи полностью

— Очень плохо, — развел руками Джейро. — На тайны времени у меня нет, потому я снова становлюсь плохим Джейро — космическим путешественником.

И тут же над своим плечом юноша увидел нависшую тень. Обернувшись, он обнаружил крупного, почти толстого молодого человека в вызывающем костюме собачьего парикмахера. Им оказался Хэйнафер Глокеншау, лицо его пылало гневом.

— Что происходит? — возмутился он. — Почему ты вообще здесь? Ты нимп, а здесь праздник для избранных — только для Квадратуры! Ты совсем, что ли, выжил из ума, чертов шмельцер?

— Не будь идиотом, Хэйнафер! — крикнула Лиссель. — Ты что, не видишь, что он простой музыкант!?

— Ну и что из того? Он должен сидеть тихо, чтобы его никто не видел, за кулисами, а не лезть к гуляющим!

— Хэйнафер, опомнись! Джейро ведь не сделал ничего дурного!

— Я совершенно в полной памяти, Лиссель. Там, за занавесом, он музыкант, но здесь этот разряженный идиот — шмельцер.

— Ты становишься истериком, Хэйнафер! — разозлилась девушка. — Пойдем, Кош занял нам столик. — Лиссель быстро глянула через плечо на Джейро и увела красного от негодования Хэйнафера с собой.

Эпизод явно взволновал Глокеншау, который никогда не любил Фэйта, считая его льстивым и недалеким. Присутствие этого противного нимпа на празднике, куда приглашены только избранные, показалось Хэйнаферу прямым оскорблением.

— Зачем ты вообще его заметила? — выговаривал он Лиссель по дороге к столу. — Он же шмельцер и муп!

— Уйми язык, Хэйнафер! — небрежно урезонивала его Девушка. — Он очень интеллигентный и умный юноша. А как замечательно он играет на суаноле! К тому же он очень красив, причем так романтично, по-старинному… Разве не так?

— Конечно, не так! — еще больше распалялся ее спутник. Лиссель нравилось дразнить Хэйнафера, и она с упоением продолжала:

— А тебе надо быть более снисходительным, хотя бы иногда. Я, например, с удовольствием пригласила бы его за наш столик, Джейро действительно очень интересная личность.

— Отставной козы барабанщик — вот он кто! — вспылил Хэйнафер. — Он не в Квадратуре — и этим вообще все сказано!

— Ты экстремист, Хэйнафер. Извини, что говорю это тебе прямо в лицо, но это правда. Квадратура Круга — еще не все в жизни.

— Ха-ха! Квадратура, может быть, конечно, и не все, но она, тем не менее, отделяет высшее общество от всяких шмельцеров, маргиналов и мупов.

— А ты бы с ним справился?

— Разумеется, и очень даже легко. Этот слизняк, тупица и маменькин-папенькин сынок беспомощен, как козявка. Я бы и вообще назвал его последним дерьмом из последнего клозета. А если он еще и начнет увиваться вокруг тебя, то я этого жалкого слизняка, это последнее дерьмо размажу по всем окрестностям и научу держаться подальше от приличного общества.

— Ну, тебе видней. А я все-таки приглашу его в Цветочный павильон, где он будет странствующим музыкантом, и ты, надеюсь, будешь вести себя пристойно.

— Посмотрим. Но если он опять начнет шмельцерить, то я быстро поставлю его на место.

3

За последующие три дня Лиссель Бинок успела напрочь уйти из сознания Джейро, но ближе к вечеру четвертого он вновь столкнулся с ней на выходе из лицея.

— Джейро! Ты, кажется, собирался пройти, совершенно меня не заметив!?

В отношении этой девушки Джейро уже давно сделал для себя определенные выводы. Но сейчас вновь, в который уже раз, удивился себе, услышав, как произносит в ответ совсем не то, что хотел бы:

— Если бы я тебя увидел, то непременно заметил бы. — Оказывается, рассуждать и делать выводы намного легче, нежели им следовать.

Сегодня на Лиссель оказались лишь простая темно-синяя юбка и белая кофточка.

— Почему ты на меня так смотришь?

— Пытаюсь сосредоточиться.

— Сосредоточиться на чем?

— На том, что мне следовало бы сказать тебе: «Привет, Лиссель» и «Пока, Лиссель» — и этим ограничиться.

Девушка подошла ближе и посмотрела на небо.

— Посмотри! Солнце сияет ясно, и я вовсе не дьявол в женском обличье с рожками и хвостом. Я хочу, чтобы мы стали друзьями.

— О, разумеется, если ты хочешь.

Лиссель воровато оглянулась и взяла Джейро за руку.

— Пойдем куда-нибудь отсюда, а то все кому не надо умудряются видеть то, что им не положено, слухи, как известно, летают на крыльях.

Джейро позволил себя увести, впрочем, без всякого энтузиазма.

— Попробуем заглянуть в «Старого Дена», в это время там тихо и вполне можно поговорить, — щебетала Лиссель.

В кафе они действительно нашли столик на задней террасе в тени старых олив, чьи ветви дрожали и под порывами ветра выгибались в легкие дуги. Официантка принесла им кувшин с фруктовым пуншем. Джейро сидел, не проявляя никакой инициативы, лишь внимательно смотрел, как на хорошеньком личике перед ним молниеносно меняются выражения. Девушка становилась все беспокойней и, наконец, не выдержав, наклонилась к нему поближе.

— Я так давно хотела поговорить с тобой!

— Теперь ты имеешь такую возможность. Я здесь, с тобой, и внимательно тебя слушаю.

— Итак, ты не воспринимаешь меня всерьез, — с печальной улыбкой констатировала собеседница.

— Естественно, нет. Но о чем ты хочешь поговорить?

— В основном — о тебе, — вскинула голову Лиссель.