Читаем Лампа Ночи полностью

— Зато я хорошо знаю, как в них не вляпаться. Другие суда значительно превосходили «Локаторы» в размерах, качестве, элегантности и цене; верхом совершенства считался роскошный «Гольшванг-19», чуть менее ценился «Триумф Сан-Северино», чья цена превышала два миллиона солов. «Гольшванг» принадлежал банкиру Татерману, а «Триумф» — магнату из Вал Верде, располагавшему весьма неясным источником доходов. Джейро больше всего нравилась блестящая «Фортуна» из разряда флиттеров под названием «Фарсан», как раз в настоящий момент выставленная на продажу банкиром Кахулайбахом. На табличке значилось, что у владельца нет времени придать яхте соответствующий ее рангу глянец, но что она может быть продана по соответствующей цене покупателю соответствующего статуса. И ничего больше. То есть цена не вписана. Но Майхак предположил, что за яхту хотят чуть больше миллиона. Судно, выкрашенное в роскошный черный цвет, кое-где сверкало алым и горчично-желтым. Джейро был просто очарован, как, впрочем, и Майхак.

— Теперь я знаю, на что потрачу свой первый миллион, — улыбнулся Майхак. — Это именно тот размер, который оптимален как для жизни на борту, так и для экскурсий с пассажирами. Она окупит себя за пять лет.

— Но ведь управлять ею — непросто, нужна целая команда, — сказал Джейро.

— Это как посмотреть.

Нынешний владелец, скоре всего, использовал полную команду: капитан, штурман, первый и второй инженеры, кок, два стюарда и, возможно, еще запасной. Кухня высшего класса для хозяина, гостей и команды — тоже очень дорогая вещь. Короче, издержки огромные. Но, с другой стороны, этой яхтой может управлять и один человек.

Когда Джейро спускался на станцию техобслуживания, то прошел мимо «Фарсана» и снова замер, пораженный грациозными линиями корабля. Но таблички «Продается» мальчик не увидел. Неужели кто-то с «соответствующим статусом» купил ее? Тут Джейро заметил движение в переднем салоне, и через обсервационную линию увидел девочку. Он тут же узнал копну ее белокурых кудрей — это была Лиссель Бинок. Казалось, что она говорит и смеется с большим воодушевлением, хотя на самом деле в этом заключалась ее обычная манера держаться. Мальчику Лиссель не нравилась, но все же Джейро не хотел, чтобы сейчас она увидела его, глядящим на «Фарсана» с немым обожанием и желанием обладать. Однако он не успел скрыться. Девочка обернулась и, посмотрев вниз, заметила его. Лиссель сразу же отвернулась снова, и Джейро подумал, что она предпочла сделать вид, будто не узнала его, что было еще обидней.

У Джейро хватило мужества посмеяться над собой. Когда-то впервые он увидел ее в школьной библиотеке. Даже тогда, в детстве, она произвела на мальчика сильное впечатление, несмотря на то, что тогда он был очень занят каким-то своим делом. Лиссель, в свою очередь, тоже заметила высокого темноволосого мальчика с задумчивым выражением лица. Почувствовав его внимание, она отвернулась, надеясь, что под тем или иным предлогом он подойдет к ней. Но Джейро остался погруженным в работу.

Лиссель задумалась, постаравшись незаметно разглядеть мальчика получше. В какой-то мере он был очень привлекателен. Тонкие, почти аристократические черты лица могли даже свидетельствовать о том, что он человек из другого мира. Девочка подумала тогда, что это очень даже возможно. Какая романтика! Лиссель любила всякие романтические истории и тут же решила, что и его надо присоединить к коллекции своих мальчиков. Отличная идея, которая непременно уязвит Хэйнафера Глокеншау.

Хэйнафер действительно разозлился, когда она при нем упомянула Джейро и его достоинства.

— У него такой интересный взгляд, словно он какой-нибудь владетельный гранд, дюк или кто-то из сверхчеловеков с Дамбросиллы. В нем есть некая тайна. Во всяком случае, слухи именно таковы.

— Да ну! — фыркнул Хэйнафер, крупный, даже тяжеловесный парень с решительными чертами лица, включая длинный нос, имеющий, по мнению его владельца, командный профиль. Светлые волосы он носил по последней смелой моде, зачесывая их с широкого лба высоко назад и вбок. Упоминание о Джейро задело его. — Этот сраный задира. Какая в нем может быть тайна! Во-первых, он нимп.

— Действительно?

— Конечно. И родители у него нимпы, какие-то академические крысы в институте, к тому же, пацифисты до мозга костей. Так что на будущее оставь свои сумасбродные истории и занимайся лучше мной. Ну, когда же мы останемся вдвоем?

— Убери руки, Хэйнафер, кто-то на нас смотрит.

— И что, тебя это беспокоит?

— Естественно!

— Удивляюсь. А ты знаешь, что говорит о тебе Дорсей Йехан?

— Нет.

— Я слышал раз внизу у фонтана. Он пел, будто ты похожа на чистый и нежный цветок из легенд, который вянет и гибнет после оплодотворения!

— Очень милый комплимент.

— А Кох Диффенбокен тоже кое-что сказал. Он сказал, что, конечно, это может показаться слишком красивым комплиментом, но на самом деле ты гораздо более вынослива, чем цветочек из легенд, и ежели оплодотворение все-таки случиться, то тебе это не повредит.