Читаем Лампа Ночи полностью

— Слишком шумно и назойливо.

— Наоборот, это весело, особенно, когда кричишь вместе! — фыркнула классная дама. — Секретный пароль — компартура.

— И что, в конце концов, происходит?

— Это сюрприз!

— Хм. И какой же?

— Немножко того, немножко этого, — храбро улыбнулась Вирц.

— Такими вещами может заниматься только идиот, — усмехнулся Джейро.

Мадам предпочла не расслышать этих слов.

— Компартура — это настоящая магия, а тебе так легко всего добиться. Ты записываешь услуги, которые оказал другим, и сопоставляешь с теми, которые оказали тебе; это называется исходящие и входящие. От этого зависит твоя, так сказать, социальная плавучесть, а для этого нужно держать нужный баланс. Это поможет в твоем продвижении, и тогда ты сам не заметишь, как в один прекрасный день окажешься уже в Хурме! Как, например, Лиссель Бинок, которая начинала в Лиге подобно отшлепанному павиану. Правда, ее отец состоит в Квадратуре Круга, и это сглаживало многие острые углы. Да и сама она прехорошенькая, а уж стремление к продвижению у нее просто в крови. — Вирц даже вся как-то вывернулась от восторга. — Говорят, что на морозе, когда она дышит, то вместо пара выдыхает из ноздрей целых два клуба компартуры!

Джейро поднял брови.

— Это, конечно, шутка?

— Конечно, но это прекрасная иллюстрация к тому, каков ее темперамент в этом отношении!

Джейро хорошо помнил золотоволосую Лиссель, несмотря на то, что она никогда не обращала на него внимания. Девочка уже флиртовала со старшими мальчиками из юношеских клубов и не имела никакого желания тратить свое время на всяких нимпов.

— А что вы скажете о Скарлет Хутсенрайтер?

— Ага! Она родилась уже в Конверте, и сейчас ее престиж выше, чем у любой аристократки Галингейла! Скарлет незачем беспокоиться о своем положении, она может ничего не делать, учитывая, что все нужное она и так делает с блеском. — Вирц вдруг оглянулась. — Конечно, ясно, что все мы не можем принадлежать Конверту, как маленькая Скарлет, а потому в первую очередь надо подумать о том, как тебе войти в Молодежную Лигу. Разумеется, ты начнешь в Гвардейце Бадди.

— На такие вещи у меня нет времени, — отрезал Джейро.

— Это абсурд! — Вирц издала непередаваемый звук. — Ты блестящ почти так же, как Скарлет. Она учится как по маслу, и к тому же у нее есть время и возможности выполнять любую причуду, пришедшую в голову. А ты? Как ты проводишь свое свободное время?

— Я изучаю руководства по космической механике. Вирц воздела руки к небу.

— Мой дорогой, нельзя тратить время на пустые фантазии.

И тогда Джейро постарался ускользнуть из класса как можно вежливей.

К тому времени Скарлет перевели в класс Джейро, и волей-неволей их работы приходилось так или иначе сравнивать. Скоро всем стало ясно, что Фэйт превосходит Хутсенрайтер в базовых науках, математике и технических дисциплинах; кроме того, он совершенно опережал ее в рисовании, поскольку его рука оказалась легче и точнее.

Но Скарлет блистала в языках, риторике и музыкальной символике. В истории, географии Старой Земли, антропологии и биологических науках они успевали одинаково.

Скарлет весьма удивилась, обнаружив, что ее первенство кто-то оспаривает, хотя бы и ненамного. На несколько дней она даже сникла, и если бы девочка не принадлежала к Конверту, можно было бы даже назвать ее надутой. В конце концов, она кое-как переборола себя, поскольку обстоятельства, как бы они ни были горьки, все же оставались совершенно реальными.

Будь Джейро несчастным уродом или подлинным гением, она бы вполне смирилась с ситуацией, презрительно вздернув подбородок, но Джейро Фэйт был совершенно нормальным мальчиком, аккуратным, хорошеньким, немножко одиноким и обращавшим на нее внимания меньше, чем она на него — так, по крайней мере, ей казалось. Но самое ужасное заключалось в том, что он простой нимп, его нельзя воспринимать всерьез. Девочка часто думала, что же его ждет в жизни, и, невольно сравнивая со своим будущим, сардонически улыбалась. Скарлет Хутсенрайтер ждало самое блестящее будущее.

В конце концов девочка приняла существование Джейро Фэйта философски. Ей достаточно того, что она родилась в семье Хутсенрайтер и является членом Конверта. Может быть, это и нечестно в отношении других, но тут уж ничего не изменишь.

Как-то после обеда, в разгар семестра, Скарлет сидела с приятелями и услышала, как некий Хэйнафер Глокеншау упомянул имя Джейро. Хэйнафер — это высокий задиристый парень с густыми светлыми кудрями и чрезмерно крупными чертами лица. Он считал себя весьма решительным и опытным малым, а также великим устроителем всевозможных мероприятий. Ему нравилось стоять, откинув голову и хищно выставив вперед свой большой нос с высокой горбинкой. Кроме того, мальчик чувствовал в себе некую врожденную страсть к компартуре. Он руками и ногами пробивал себе дорогу на все новые и новые уровни, пройдя уже Хурму, Пальчики, а теперь состоял в Человеческой Неблагодарности. И сейчас наступал момент, когда ему нужно было подняться на очередную ступень.