Читаем Лаис Разящая полностью

Равенна оказывается почти вплотную к нему, кажется, намеревается взять за руку, но в последний момент её словно подменили. Глаза, только что ещё светло-голубые, становятся темнее, почти чёрными, и хотя князь никогда не видел со стороны, как это происходит, лишь ощущал сам, он безошибочно определяет, что перед ним полностью невменяемый стихийный маг. Видимо, амулет перекрыл ментальное воздействие, и стихийница в прямом смысле сорвалась с поводка.

Ирислав старается действовать быстро, однако события обгоняют, пусть и всего на полсекунды, но при такой скорости это слишком много. Князь ещё только схватился за рукоять кинжала, а рядом уже звучит надрывный крик, полный ужаса и боли, и обрывается почти мгновенно: менталистку, потерявшую управление, стихийница скрутила воздушными потоками в жуткую спираль, а затем от души приложила о скалы, с такой силой, что земля, кажется, содрогнулась.

Ирислав недостаточно быстр и точен, увы, кинжал лишь чиркает по руке стихийницы, а сама она уже в метре над землёй и в трёх метрах от князя. Нет никаких сомнений, что сейчас его постигнет та же участь, что и менталистку.

Если всё равно умирать, какая разница от чего? Нет, предупреждение Айвора он не забыл, но как не попытаться?

Князь рвёт с пальца тускло-серое толстое кольцо.

Глава 17

– Что ты сделала?..

Вопрос лишь добавляет напряжения в и так уже почти звенящую неприязненную тишину, нарушаемую лишь лёгким шорохом травы да изредка похрустыванием веток под ногами менестреля. Альды идут совершенно бесшумно.

Лаис отвечает непроницаемым взглядом и поднятой бровью. Уж кто-кто, а всемирно известный менестрель мог бы сформулировать вопрос и получше, если желает получить ответ. Впрочем, как ни формулируй, отвечать Аделаис не хочет, но Айвор догадывается сам:

– Скажи, что ты не разрушила заклятие… Лаис… Лаис? Серьёзно?! Теперь он снимет кольцо, и всё, конец всему или, как минимум, этому континенту!

– Он не снимет, – говорит девушка вслух. Про себя добавляет: «без веской причины».

Айвор издевательски смеётся. Впрочем, горечи в его смехе больше, чем издёвки:

– Я отдал двадцать лет жизни, двадцать лет, Лаис! По одной лишь твоей просьбе. А ты… ты всех предала. Альдов… людей… всех. И ради кого? Ради марионетки стихий, в котором и от человека-то уже ничего не осталось! Ты же видела, какой он! Пустышка! Скорлупка!

Аделаис бросает взгляд на альдов, шагающих впереди. Делают вид, что ничего не слышат, но получается у них так себе. Уши разве что не шевелятся от любопытства.

Ей хочется огрызнуться, но она чувствует себя в западне. Поэтому и ненавидит любой здравомыслящий альд просить, что потом ты в кабале. И пусть тот, кого ты просил сто раз прав или тысячу раз неправ, нет никакой разницы. Ты ему должен, и на этом всё.

– Яромир его убьёт, – неохотно роняет, наконец, девушка. – Если надо будет.

– Человек? Стихийного мага? Даже не смешно, – огрызается менестрель.

Лаис молчит. Смешного и в самом деле ничего нет – с амулетом альда, ускоряющим в сотни раз, стихийного мага убьёт кто угодно. Впрочем, вполне возможно, что Айвор во всём прав, и она совершенно зря всё это затеяла… но по-другому, наверное, и не смогла бы. Да, всё стало зыбко, слишком много неизвестных, и, вероятно, не всякая прорицательница увидит, к чему всё идёт… но зыбкий, даже призрачный шанс куда лучше гарантированной серой безнадёжности.

– Лаис… – снова начинает Айвор. И замолкает. И, кажется, что-то осмысливает, небыстро и мучительно. Потому что через полчаса, когда путники уже почти вышли к реке выдыхает: – Прости!

Она молчит: не простила и не простит, за что бы он там ни извинялся.

Дальше они идут вдоль реки в поисках моста, чтобы перейти на другой берег, а там уже рукой подать до скал, за которыми начинается другое княжество, и откуда уже легко можно попасть к альдам.

Мост догорает у них на глазах. Княгиня по всем правилам военного искусства отсекает пути отступления. Можно пойти дальше или обратно, в поисках парома или другого моста, но сомневаться не приходится – облава будет и там. Даже если не присматриваться, на крутом противоположном берегу видны огни костров, слышен шум лагеря… а если присмотреться, то видно и магическое плетение, которое обмануть уже куда сложнее, чем человеческий глаз. И Лаис уверена – наверняка, припасена там ещё пара ловушек на альдов, что-нибудь этакое, по лучшим рецептам времён Кровавой Империи.

Сама бы рискнула перебраться вплавь и попробовать уйти. Тащить Трома, Алану и Айвора с собой – верная смерть всем…

– Подождём, – говорит Лаис, на всякий случай накрывая отряд ещё одним отводом глаз и отступая вглубь леса на своём берегу. Есть ли у них здесь стихийник? Скорее всего, нет. Но как знать…

В любом случае, они не смогут стоять тут лагерем долго. Отправятся на поиски. Сами и сделают мост, который разрушили, надо только подождать…