Читаем Лагерь у моря (СИ) полностью

Из-за угла клуба вышел человек, которого я меньше всего сейчас хотел видеть. Капитан напавшего на меня отряда, ныне расформированного по вполне приземленным причинам. Их стерли в фарш, причем при моем непосредственном участии. Он был в гражданской одежде, но даже невооруженным взглядом было видно, что вот этот вот мужик с многодневной щетиной не так прост. Под белой майкой капитана были видны напряженные мышцы. Я даже испытал кратковременный приступ зависти? хоть я и был выше него, но таким вот рельефом похвастаться не мог. Пока не посмотрел ему в глаза. Страх. Он плескался на самом дне его взгляда, наверняка этот сильный человек раньше не был знаком с таким чувством, чувством преследующего тебя ужаса, не дающего спать.

— Я ещё в первую встречу хотел решить всё мирным разговором, — сказал я, а сам готовился к неприятному повороту событий, в любой момент с моей руки сорвется стальной шарик, разгоняемый ускорением в небольшой метеор.

— Не напоминай об этом! — Вояка всё же показал свои эмоции.

— И не буду, можно подумать, сами святые! — я пристально посмотрел ему в глаза, попутно отмечая отечности от недосыпа. Никакого раскаяния я не испытывал. Если в следующий раз, когда я мирно гуляю с рыжими, на нас снова нападут… То земля им пухом.

Не так далеко от нас проходила дорога, и некоторые зеваки уже с любопытством поглядывали на двух беседующих на повышенных тонах мужчин. А пара девочек на велосипедах даже остановились, делая вид, что у одной спустило колесо. Наконец, капитан прервал затянувшееся молчание.

— Лично я век бы тебя не видел! — искренне сказал он, впрочем, уже тише, изредка поглядывая через плечо на отдыхающих.

— С тобой хочет поговорить Виолетта, — он махнул рукой в сторону прибрежного корпуса, — насколько я понял, это не телефонная беседа.

Я пристально осматривал всё вокруг: если это ловушка… Хотя, собирайся они устроить маски-шоу, то так откровенно провоцировать не стали бы. Лагерь вокруг жил своей жизнью, ничем не потревоженный, да и не было ощущения опасности. Не знаю, к чему бы мы пришли, но в беседу вмешалась третья сторона.

Коротко зазвонил телефон, и я, стараясь не упускать из виду руки солдата, поднял трубку, даже не взглянув на экран.

— Коллега, — раздался томный голос из трубки, — я вынуждена связаться с вами, знаете… Короче! Давай без официальностей, Док, — резко сменила Виола стиль общения, — надо поговорить, поговорить срочно. Капитан отведет тебя, все вопросы потом.

— И ты, правда думаешь, что после всего, я поверю этому, этому… — я не знал как охарактеризовать моё отношение к бойцу.

— Не бойся, вообще-то, опасаться должны как раз мы, — хмыкнула незримая собеседница. — Но появились обстоятельства, над которыми мы не властны. Гарантиям ты не поверишь, да? Подумай головой, Док. Ты же не глупый парень, да? Мне не нужен конфликт, нам не нужен конфликт. Напасть на тебя было инициативой кучки авантюристов с чрезмерным самомнением. — После этих слов капитан скривился, как от зубной боли, но промолчал. — Пожелай я, то спокойно бы тебя заставила сюда прийти, — Виола выдержала паузу, — например, забрав одну из твоих рыжих подружек.

— Ви! — В голосе командира прозвучало нешуточное волнение, — не делай глупостей, это ты в безопасности, а я тут, прямо напротив!

— И как это понимать? — холодно спросил я, такое развитие событий меня определенно не устраивало. Голос невольно дрогнул.

— А так, за тобой даже эскорт выслали, уж будь добр, заскочи ко мне на чашку кофе! И Док. Не глупи.

Связь прервалась, а кэп так и ждал ответа, с напряженной от волнения спиной. Я потихоньку огляделся. Он правда один? Не верю. Морской бриз стал дуть сильнее, он ласково освежал уставшую от жары кожу. Природе было наплевать на мелкую возню людишек: солнце светило, море шумело, где-то в лазурном небе, раздавались крики чаек.

— И далеко идти? — спросил я наконец.

Ничего не поделаешь, придется переговорить с глазу на глаз. Раз уж так вежливо просят, а если и ловушка… Жить в страхе постоянного нападения, пули из-за угла или яда — это уже и не жизнь вовсе. Да и, не добравшись до меня, могут ударить по моему окружению. Лучше расставить все приоритеты сразу, надеюсь, Виола согласится на «мир, дружбу, жвачку», или кто там у них за главного?

Мы шли к пирсу, мимо отдыхающих, мимо корпусов. Солнце палило вовсю, словно отыгрываясь за несколько пасмурных дней. Над асфальтированной дорожкой поднималось зыбкое марево, воздух становился душным. В такое время самое то — поваляться в тенечке, на гамаке под деревьями, да хоть просто на траве. В идеале не одному. А не идти неизвестно куда, с мужиком, который на тебя нападал.

— Смотрю, у тебя не самые лучшие времена, — сказал я, глядя на кэпа, здорово осунувшегося после памятных событий у обсерватории.

Тот пробухтел в ответ что-то про гребаные аномалии и психованных докторов, на этом разговор увял. К цели мы подошли спустя полчаса, капитана я пропустил вперед, не хотелось подставлять спину.