Читаем Лабиринты безумия полностью

Игорь БУНИЧ

ЛАБИРИНТЫ БЕЗУМИЯ

ПРЕДИСЛОВИЕ

55 лет назад, 22 июня 1941 года, на нашу страну обрушилась очередная национальная катастрофа, трагедия и масштабы которой вряд ли когда-нибудь забудутся.

Промышленный прогресс, ураганом прокатившийся по миру во второй половине XIX века и позволивший великим державам произвести горы смертоносного оружия, создал новый искус достижения мирового господства с помощью военной силы.

Человечество, катапультированное на волне электричества и пара практически из средневековья в индустриальный век, не сумело сориентироваться в новой обстановке, в результате чего романтический по своей сути XIX век был уничтожен Первой мировой войной. Это открыло дорогу тоталитарным режимам, увидевшим в гекатомбах накованного оружия тот самый исторический шанс, которым не сумели воспользоваться престарелые европейские монархи.

С энтузиазмом детей, съезжающих с ледяной горки, коммунисты, а за ними и нацисты повели свои народы дорогой, которая казалась им наиболее короткой для достижения заветной цели – мирового господства. На деле оба режима попали в смертельные лабиринты, откуда не существовало выхода.

Катастроф было немало в тысячелетней истории России, но после 1917 года национальные трагедии пошли кровавой чередой одна за другой.

Трагедия Гражданской войны, трагедия коллективизации, трагедия Большого Перманентного Террора и, наконец, трагедия 22 июня 1941 года, перешедшая в страшную трагедию тотальной войны, небывалой по жестокости и жертвам. Каждая из перечисленных катастроф пожирала миллионы людей, сокрушала экономику, калечила души чудом уцелевших, не давая стране вырваться из ядовитой биосферы самого мрачного средневековья, куда ее насильно затолкали большевистские вожди.

Катастрофа 1941 года неразрывно связана с именем главного вдохновителя и разработчика операции «Гроза», одержимого навязчивой идеей мирового господства великого вождя всех народов, товарища Сталина.

Величие Сталина заключается именно том, что он был подлинным мастером Смерти. Все его деяния ознаменованы гекатомбами жертв. Точное количество жертв сталинского владычества до сих пор вызывает споры историков: сколько было убито и замучено: 30 миллионов, 60 миллионов или более 100 миллионов за 30 долгих лет нахождения Сталина у власти?

Как это могло произойти?

Очень просто.

Хорошо организованная преступная группировка, называвшая себя «партией большевиков», воспользовавшись хаосом в России, захватила власть в этой стране, а затем повела себя по классическим канонам преступного мира, втягивая в свои дела наиболее податливые к разбойным призывам деклассированные слои общества и физически уничтожая остальных.

Путем массовых убийств (мягко называемых в официальной истории «репрессиями») и искусственно созданного голода им удалось консолидировать свою власть в России, превратив ее в огромный военно-тюремный лагерь.

Армия, заключенные, трудящиеся на земле и кующие оружие – рабы от чернорабочего до маршала – вот социальный разрез обычного мафиозного клана, раздувшегося до невероятной величины.

Некогда великая страна Россия была превращена в огромную преступную группировку. На очереди было подобное же превращение и всего остального мира. Что совершенно и не скрывалось.

Спровоцировав Вторую Мировую войну, Сталин ждал того самого удобного случая, о котором еще мечтал Ленин…

Ситуация 1941-го года оказалась именно тем самым удобным случаем.

В Европе осталась одна реальная сила – Германия. Согласно марксистско-ленинским предсказаниям «империалистические хищники» перегрызлись между собой и почти, на взгляд Москвы, уничтожили друг друга.

Немецкая армия же была до смешного слабее сталинской. К тому же Германия не имела сырьевой базы для ведения длительной войны и до сих пор воевала только за счет щедрых поставок из СССР, бездумно создавая за это нужную Сталину военную и политическую обстановку в Европе. Нацеленная на «блицкриг» немецкая армия не смогла бы выдержать Сталинского удара. Он бы стал для нее роковым, и Красная Армия пришла бы в Берлин не в 1945, а в 1941 году.

А далее перед ней до самого океана стояли бы не мощные армии союзников, а лежала бы беззащитная и, более того, жаждущая освобождения Европа. Все планы сорвал Гитлер своим нападением 22 июня.

«Какую песню испортил, дурак!» – можно сказать по этому поводу словами одного из героев Горького. Нападением на Советский Союз Гитлеру удалось лишь отсрочить собственную гибель, но он сорвал самый грандиозный завоевательный поход со времен Александра Македонского.

Казалось бы, страна разрешила Сталину превратить себя в «депо всемирной пролетарской», надеясь, что это будет достигнуто «малой кровью». Уж, лучше «малая кровь» на чужой территории, чем океаны крови на собственной под ножами мясников-чекистов.

Однако вождь оказался настолько безграмотным в сфере международной политики, которой он так любил заниматься единолично, что его фактически обыграли в наперсток.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пропаганда 2.0
Пропаганда 2.0

Пропаганда присутствует в любом обществе и во все времена. Она может быть политической, а может продвигать здоровый образ жизни, правильное питание или моду. В разные исторические периоды пропаганда приходит вместе с религией или идеологией. Чаще всего мы сталкиваемся с политической пропагандой, например, внутри СССР или во времена «холодной войны», когда пропаганда становится основным оружием. Информационные войны, о которых сегодня заговорил весь мир, также используют инструментарий пропаганды. Она присутствует и в избирательных технологиях, то есть всюду, где большие массы людей подвергаются влиянию. Информационные операции, психологические, операции влияния – все это входит в арсенал действий современных государств, организующих собственную атаку или защиту от чужой атаки. Об этом и многом другом рассказывается в нашей книге, которая предназначена для студентов и преподавателей гуманитарных дисциплин, также ее можно использовать при обучении медиаграмотности в средней школе.

Георгий Георгиевич Почепцов

Публицистика / Политика / Образование и наука
10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)
10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)

[b]Организация ИГИЛ запрещена на территории РФ.[/b]Эта книга – шокирующий рассказ о десяти днях, проведенных немецким журналистом на территории, захваченной запрещенной в России террористической организацией «Исламское государство» (ИГИЛ, ИГ). Юрген Тоденхёфер стал первым западным журналистом, сумевшим выбраться оттуда живым. Все это время он буквально ходил по лезвию ножа, общаясь с боевиками, «чиновниками» и местным населением, скрываясь от американских беспилотников и бомб…С предельной честностью и беспристрастностью автор анализирует идеологию террористов. Составив психологические портреты боевиков, он выясняет, что заставило всех этих людей оставить семью, приличную работу, всю свою прежнюю жизнь – чтобы стать врагами человечества.

Юрген Тоденхёфер

Документальная литература / Публицистика / Документальное
Том II
Том II

Юрий Фельзен (Николай Бернгардович Фрейденштейн, 1894–1943) вошел в историю литературы русской эмиграции как прозаик, критик и публицист, в чьем творчестве эстетические и философские предпосылки романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» оригинально сплелись с наследием русской классической литературы.Фельзен принадлежал к младшему литературному поколению первой волны эмиграции, которое не успело сказать свое слово в России, художественно сложившись лишь за рубежом. Один из самых известных и оригинальных писателей «Парижской школы» эмигрантской словесности, Фельзен исчез из литературного обихода в русскоязычном рассеянии после Второй мировой войны по нескольким причинам. Отправив писателя в газовую камеру, немцы и их пособники сделали всё, чтобы уничтожить и память о нем – архив Фельзена исчез после ареста. Другой причиной является эстетический вызов, который проходит через художественную прозу Фельзена, отталкивающую искателей легкого чтения экспериментальным отказом от сюжетности в пользу установки на подробный психологический анализ и затрудненный синтаксис. «Книги Фельзена писаны "для немногих", – отмечал Георгий Адамович, добавляя однако: – Кто захочет в его произведения вчитаться, тот согласится, что в них есть поэтическое видение и психологическое открытие. Ни с какими другими книгами спутать их нельзя…»Насильственная смерть не позволила Фельзену закончить главный литературный проект – неопрустианский «роман с писателем», представляющий собой психологический роман-эпопею о творческом созревании русского писателя-эмигранта. Настоящее издание является первой попыткой познакомить российского читателя с творчеством и критической мыслью Юрия Фельзена в полном объеме.

Николай Гаврилович Чернышевский , Юрий Фельзен , Леонид Ливак

Публицистика / Проза / Советская классическая проза