Читаем Лабиринт воплощений (СИ) полностью

Клинический институт мозга Ларусского областного центра реанимационной нейрореабилитации имел в своём арсенале комплекс уникальных методик по лечению особо тяжёлых случаев мозговой комы и работал на платной основе. Новое трёхэтажное здание клиники, предназначенное для вип больных, было упаковано по последнему слову медицинской мысли. Богатые «буратины» щедро платили за пребывание своих близких в эксклюзивных условиях, которое порой затягивалось на долгие годы, если речь шла о тяжёлом коматозном состоянии пациентов. Именно такие больные находились на третьем этаже, в отделении интенсивной терапии. Сегодня на ночное дежурство по корпусу заступила бригада молодых специалистов: реаниматолог Алексей Шумский, невролог Виталий Марков и медсестра Ксюша Величко. Алексей и Ксюша встречались, их отношения сейчас находились в той стадии, которая на днях перешла от конфетно-подарочного флирта к страстным действиям. Поэтому они не упускали случая побыть наедине в ночной интимной обстановке во время совместного дежурства. Виталий любил дежурить вместе с парочкой, так как знал, что влюблённые его отпустят домой почти до утра, чтобы самим побыть вдвоём.

На третьем этаже располагались двухкомнатные, просторные вип-боксы, каждый из которых был с отдельным санузлом и системой климат-контроля. Все они были заняты больными, находящимися в длительной, глубокой коме. В полпервого ночи, Ксюша привычно обошла комнаты пациентов и сняла последние показания, приборы мерно щёлкали и пищали, выдавая неизменную информацию о состоянии больных. Выполнив свои обязанности, девушка покинула комнату последней пациентки и включила синеватое ночное освещение палаты. В предбаннике её уже поджидал Алексей, он закрыл дверь на ключ и потянул Ксюшу в гостевую.

- Девочка моя, иди сюда, иди, скорее, - шептал ей на ухо Алексей, ощупывая её молодое тело под тонким халатиком. Потом подхватил девушку на руки и понёс в гостевую комнату. Обстановка в гостевой напоминала хороший отель, огромный угловой диван из светлой кожи и такие же два кресла, столик овальной формы с полупрозрачной стеклянной столешницей, множество встроенных полок различного назначения и ступенчатый потолок с причудливыми светильниками. И ничего не напоминало бы о том, что это помещение находится в больнице, если б не большое смотровое окно, предназначенное для наблюдения за больным в соседней комнате.  Сейчас, в темноте, это окно, светящееся синим мерцающим светом, было похоже на объёмную картину, изображающую сюжет из фантастического фильма. Там на высокой кровати лежала в коме больная, рядом с ней работал прибор искусственной вентиляции лёгких, отправляя порции воздуха по прозрачным трубкам в носовую полость пациентки. По экрану прибора бежала маленькая световая точка, изредка вздымаясь в острые пики. Ксюша покосилась на окно и хотела было пожаловаться на возникший дискомфорт, но Алексей не дал ей такой возможности, закрыв поцелуем её рот. Девушка прикрыла глаза и в следующий момент уже забыла об окне, о пациентке, о больнице и обо всём на свете, отдавшись во власть древнего таинства земной страсти.

Яркий луч, чем-то похожий на свет лазерной указки, медленно сполз с подоконника на приборный столик, немного задержался на экране монитора, пытаясь повторить движения сигнальной точки, затем двинулся в сторону высокой кровати. Быстро проскользнув по простыням и одеялу, луч достиг головы спящей. Ощупывая черты лица, словно прорисовывая их заново, лучик света остановился чуть выше переносицы, замигал и стал вращаться по спирали, как будто вкручиваясь внутрь головы, и через мгновение исчез.

Синий свет ночника тусклым мерцанием освещал спокойно-безмятежное лицо девушки, лежащей на кровати.  И если бы не прозрачные трубки, тянущиеся от прибора к голове девушки, можно было подумать, что девушка просто спит, но она не спала, она теперь так жила.

Глава 6

Милена Пауер, единственная дочь Вениамина Викторовича Пауера, губернатора  Ларусской области, обожала больших собак и лошадей.  Мать Милены умерла сразу после родов, успев лишь раз взглянуть на малышку. Остановка сердца произошла внезапно, по неизвестной причине, установить которую не помогло даже суровое вмешательство в процесс служебного расследования деда Милены, Виктора Савельевича Пауера, в то время, он занимал высокую должность в структуре областного УВД. Ни врачебной ошибки, ни халатности обнаружить так и не удалось, получалось, что остановка сердца случилась скоропостижно.

Воспитанием Милены в основном занимался дед, он и привил внучке любовь к лошадям. В десять лет, девочка уже уверенно держалась в седле, а на восемнадцатилетие ей подарили красивую белую кобылу андалузской породы. Чистокровку, прибывшую из Испании, назвали Лаурой.  Лошадь содержалась в элитном конно-спортивном клубе, где Милена занималась верховой ездой.