Читаем Лабиринт (СИ) полностью

Впрочем, особым временем, чтобы предаваться размышлениям, самобичеванию и другим подобным мыслительным процессам, Люси не располагала — на скудный завтрак (или обед?) было выделено не больше пары минут, после чего они снова закружили по бесчисленным коридорам. В фонариках необходимость отпала: лампочки под потолком горели постоянно, хоть и тускло. А вот ответвлений, которыми можно было бы воспользоваться с вполне определённой целью, не стало совсем — они уже довольно долго шли по прямому коридору. Мужчина периодически бросал на неё тревожные взгляды через плечо, но Люси лишь отрицательно мотала головой, словно успокаивая, что пока в силах и потерпеть.

Проход появился совершенно неожиданно — обычным провалом в стене с рваными, воняющими гарью краями. Дракон осторожно провёл кончиками пальцев по неровной, покрытой копотью поверхности, неопределенно хмыкнул, выглянул, вытянув голову, в проём, не приближаясь и стараясь не касаться стены, предупредил:

— Держись позади меня, ничего не трогай. И не отходи далеко.

— Здесь что, был взрыв? — не удержавшись, спросила Люси. Её спутник пожал плечами:

— Вероятно.

— Но мы ничего не слышали…

— Это могло произойти давно. Либо здесь слишком толстые стены и крепкие перекрытия. В любом случае нужно быть максимально внимательными, чтобы не наткнуться на такой же «сюрприз».

Оставалось лишь покачать головой в знак того, что она всё поняла, хотя Дракона явно не интересовало её мнение — он снова пошёл вперёд, периодически бросая по сторонам настороженные взгляды. Совсем скоро на левой стене им начали попадаться закрытые двери, но мужчина игнорировал их, очевидно, опасаясь какого-нибудь подвоха. Люси послушно топала следом, про себя подумывая о том, что почти готова забыть про стыд. На её счастье, справа показался обычный проём. Дракон, буркнув: «Жди здесь», сам проверил его и только потом разрешил пройти.

Люси уже поправляла одежду, когда услышала тихий надрывный стон. Страх горячей волной прокатился по телу, заставив неприятно затрястись коленки. Она застыла в растерянности: вернуться к Дракону или посмотреть, вдруг кому-то нужна помощь? Одной идти не хотелось — пары встреч было достаточно, чтобы понять: люди, блуждающие по Лабиринту, далеко не ангелы, даже её спутник. Уговорить же Дракона проявить вполне человеческое любопытство и участие, скорее всего, не удастся — он скорее бросит и её здесь, чем попробует узнать причину странных звуков.

Однако ей не пришлось ничего делать: мужчина сам ткнулся в проход, видимо, устав ждать, и тут же поинтересовался, скользнув по ней взглядом:

— Что случилось?

— Там… мне показалось… кто-то стонал.

Дракон, не говоря ни слова, обогнул её, завернул за угол и негромко выругался. Люси бросилась за ним, почти сразу пожалев о своём порыве: на полу в луже крови лежал человек. Откуда-то из глубины коридора к нему тянулся широкий, влажно поблёскивающий тёмно-бордовый след — у бедняги не было сил идти и он полз, пока не потерял сознание, издав предварительно тот самый стон, который она услышала.

Между тем её спутник присел рядом с несчастным на корточки; проверив пульс, аккуратно перевернул раненого на спину, сказал негромко, будто разговаривая с самим собой:

— И кто же ты у нас будешь? Физиономия твоя уж больно знакомая…

Эти слова заставили Люси, преодолевая подступившую к горлу тошноту, присмотреться к незнакомцу. Но осунувшееся, землистого цвета лицо ничем не помогло в опознании. В отличие от насыщенно-красных, некогда поднятых в хищный ирокез, а сейчас безвольно болтающихся волос. Столь яркую примету сложно забыть.

— Кажется, он стоял в колбе справа от меня.

Дракон, ободрённый подсказкой, продолжил осмотр, попутно делясь и своими наблюдениями:

— Точно, он самый. Петух, если не ошибаюсь. Сейчас проверим, — мужчина наклонился, пошарил руками по шее раненого, недовольно констатировал: — Карты нет. Кто-то решил пособирать трофеи? — и обращаясь к бессознательному телу на полу, почти сочувственно: — Что же ты здесь забыл? Мальчишка ведь ещё…

В этот момент парень пришёл в себя. Увидев склонившегося над ним человека, он дёрнулся, захрипел, попытался отползти. Дракон выставил перед собой открытые ладони, показывая, что у него нет оружия, успокаивающе зашептал, приподнимая край пропитанной кровью футболки:

— Тш-ш-ш, тихо, тихо. Я просто посмотрю.

Увиденное ему явно не понравилось: губы плотно сжались, между бровями залегла глубокая складка, он весь словно подобрался, как спортсмен перед решительным рывком. Эта серьёзность и сыграла с Люси злую шутку: она оказалась совершенно не готова к тому, что произошло дальше, потому что ничто в действиях её спутника не указывало на возможность подобного исхода.

Раненый снова завозился, попытался им что-то сказать, но смог лишь сипло, натужно выдохнуть; лицо его, и без того бледное, помертвело, на губах запузырилась кровавая пена. Дракон, чуть помедлив, придвинулся к нему ближе, попросил, поглаживая по лбу, как ребёнка, которого желают успокоить: