Читаем Лабиринт Мёнина полностью

Через час леди Сотофа великодушно прислала мне зов и сообщила, что эксперимент с индюшкой увенчался полным успехом. Правда, насколько мне известно, «женщину из радужного облака», истинную виновницу происшествия, ведьмы Семилистника пока не обнаружили. Поэтому в подвалах Иафаха теперь хранится огромная партия темных очков: на всякий случай.

Я отвернулся от полки с отчетами, но пестрые этикетки, надписанные моей собственной рукой, все еще плясали перед глазами: «Голомский кисель», «Человек без проблем», «Наездник громового аромата», «Гобелен королевы Вельхут», «Йонохская печать»…

Вот-вот. Надо быть честным с собой: именно Йонохская печать и не давала мне покоя. Опаснейшая штуковина. Но и полезной может быть, как никакая другая волшебная вещь. Свойства ее способны свести с ума человека, отягощенного избытком воображения.

Можно записать на бумаге все, что взбредет в голову, например: «Сэр Шурф Лонли-Локли становится куманским халифом», или: «Сэр Мелифаро превращается в юную леди», или даже: «Сэр Кофа Йох садится на диету»… — да какая, к черту, разница, написать можно все что угодно, любую чушь! Но если тот, о ком идет речь, распишется на бумаге и поставит сверху эту грешную печать, все написанное сбудется в ближайшие же дни.

Поначалу я удивлялся: как вообще мог уцелеть мир, в котором существует столь опасный предмет?! Немного поразмыслив, понял: все дело в подписи. Подпись должна быть поставлена добровольно, в здравом уме и твердой памяти, в противном случае волшебство не подействует. Поэтому владелец печати может, по большей части, лишь желать всяческих земных и неземных благ себе, любимому, а от таких пожеланий мир, как правило, не переворачивается.

Конечно, если бы Йонохская печать в свое время попала в руки моего старого приятеля Лойсо Пондохвы или одного из его коллег, Миру пришлось бы несладко. Но мудрая судьба позаботилась, чтобы все эти годы печать пребывала в забвении. О ней даже легенд почти не рассказывали. Было несколько упоминаний в Королевских архивах, но не все древние записи принимают на веру. А сама волшебная вещица хранилась в одном из сундуков, которые были зарыты на заднем дворе безымянных развалин на окраине Левобережья.

Она бы покоилась под землей еще Магистры знают сколько столетий, если бы Его Величеству Гуригу в начале этого года не пришла блажь привести в порядок столичные окраины. Живописные руины, которые простые любители пеших прогулок с любимыми девушками, вроде меня, считают отличными декорациями для задушевных бесед и первых поцелуев, были сочтены чуть ли не национальным позором и ликвидированы в фантастически сжатые сроки (подозреваю, что без Черной магии тут не обошлось).

В начале лета на месте загубленных исторических достопримечательностей уже начали спешно разбивать парки, что, признаться, почти примирило меня с этой варварской акцией. Я считаю, что в идеальном городе парков должно быть больше, чем жилых кварталов, и если так пойдет дальше, Ехо скоро будет отвечать этому требованию.

Садовники, собственно говоря, и нашли сокровища. Люди простые, разумные и практичные, они рассудили, что клад надо тихонько, без лишнего шума отнести домой и посмотреть, что он собой представляет. Если в сундуках ценные вещи, их следует разделить поровну, а если полусгнившие древние книги — торжественно отдать властям и потребовать награду.

Содержимое сундуков показалось мудрым садовникам более ценным, чем награда, которую можно получить за такую находку, поэтому они не стали обременять нас пустыми хлопотами, а тихонько поделили его между собой. Невелико преступление: в глубине души я тоже убежден, что клад принадлежит тому, кто его нашел, и никому более.

Но среди драгоценной бижутерии были и другие «безделушки», при изготовлении которых использовалась уже изрядно подзабытая магия древности. Когда дело о Йонохской печати было закрыто, а уцелевшие исторические ценности изъяты у их счастливых обладателей, сэр Кофа, единственный в своем роде специалист по «простым волшебным вещам», озабоченно кряхтел над инвентарным списком сокровищ и ежесекундно хватался за голову: если бы все эти амулеты были пущены в ход одновременно, в Мире наступил бы хаос!

К счастью, садовники и не подозревали, что попало им в руки: волшебные вещицы по большей части украшали их прихожие, на зависть соседям, молочникам и почтальонам.

С Йонохской печатью дело, однако, вышло иначе.

У одного из садовников был взрослый сын. То есть у остальных, вероятно, тоже имеются взрослые дети, но они не имеют никакого отношения к дальнейшим событиям.

Сын садовника, маленький невзрачный господин по имени Тетла Брикас, служил личным помощником престарелого университетского профессора, а на досуге коллекционировал сведения о волшебных талисманах древности. Хобби похвальное: увлекательное, познавательное и небескорыстное — никогда не знаешь, какой из описанных в древних рукописях магических предметов попадется на твоем пути.