Читаем Лабиринт полностью

Остаток пути, представляющий собой плавный спуск и затем довольно-таки крутой подъём на вершину соседней горы, мы проговорили за обсуждением своего детства и подросткового возраста. Лера рассказала мне о том, как она любит своих родителей и младшего брата, а я, напротив, о том, какие у меня были отношения с родственниками и о том, что, к сожалению, хоть и небольшому, из живых осталась лишь сестра, с которой у меня тёплые отношения. Конечно, о том, что я был позавчера на их похоронах я ничего не сказал, так как она наверняка всё представила бы через призму своих взаимоотношений с роднёй и стала бы меня утешать, а если бы я дал ей понять, насколько мне плевать на их смерть, то она бы решила что я чёрствый сухарь и в любом случае диалог был бы испорчен – ни к чему ей это знать. Интересно, что бы она предприняла сейчас, стоя наедине со мной посреди практически безлюдных гор, если бы я ей сказал, что два дня назад убил своего брата? Убежала? Вряд ли, но наверняка почувствовала бы себя очень некомфортно рядом со мной.

Мы пришли к уже полностью разгруженному автомобилю чуть более, чем через пятьдесят минут. Я остановился и постарался отдышаться от подъёма, ощущая, как по спине под кофтой и курткой медленно стекают капли пота, которые, дойдя до низа спины, впитывались резинкой от трусов – было немного щекотно.

– Ну что, я же говорил, что уложимся в час! – сказал я Лере, переводя дыхание.

– Я вижу, ты очень старался. Молодец! – улыбнулась она и спокойно прошла к остальным членам группы.

Неужели ей вообще не тяжело было идти? С виду хрупкая такая. Может, потому и не устала, потому что лёгкая? Кажется, что её сарказм заставил меня покраснеть – щёки налились теплом. Давненько я не чувствовал себя неловко из-за того, что занимался тем, в чём был некомпетентен. В последнее время во всём, чем я занимался, я имел большой опыт и чувствовал себя за такими занятиями в своей тарелке. Но сейчас, когда Лера легко и быстрым шагом преодолела этот путь, смотря на то, как я устал, мои ощущения были сродни тем, которые я испытывал, когда в детстве пришёл на футбольную площадку, где играли более взрослые ребята и которые с неохотой взяли меня в команду исключительно из-за своего воспитания, нежели от того, что действительно хотели, чтобы я путался у них под ногами.

Ладно, пора присоединиться к группе и поддерживать беседу. С этой мыслю я вдруг понял, насколько легко и непринуждённо я вёл диалог с Лерой. В отличие от тех многих людей, с которыми мне приходилось встречаться в последнее время, мне действительно было интересно то, о чём она рассказывала, и мне даже показалось, что ей понравилось то, что ей рассказывал про себя я. Хорошо встречать таких людей: мне показалась она простой в общении, и не нужно было подбирать слова, которые могли бы её заинтересовать в поддержании разговора. Надеюсь, что когда мы отсюда вернёмся, наши пути с ней не разойдутся.

В мыслях я перенёсся на каменистое плато где-то в Исландии, из которого вырывается струя кипящей воды, на которую мы смотрим вместе с ней, держась за руки, и затем представил то, как мы стоим над жерлом дымящегося вулкана. Не знаю, откуда я взял эти ассоциации, возможно, из тех фотографий, что видел в интернете, но они определённо грели мне душу. Интересно, может ли у нас с ней что-то получиться?

– Андрей, мы ждали вас минут через тридцать – вы быстро! – сказал Лёша. – Мы только палатки успели поставить и сейчас обед готовить начнём. Сейчас бутерброды с чаем поедим, чтобы голод немного перебить. Ты с чем будешь? Да, и, кстати, смотри, какое тут озеро!

Озеро действительно было красивое, хотя озером это сложно было назвать. Скорее, очень большая почти идеально круглая лужа диаметром метров пятнадцать, с прозрачной водой, сквозь которую можно было с лёгкостью рассмотреть камни, лежащие на дне. Выглядело необычно, Лера была права.

– А с чем бутерброды?

– Да всякие: с бужениной, с солёным лососем, с сыром…

– Давай с рыбой парочку. Есть действительно уже охота! – я взял у него два завёрнутых в фольгу бутерброда. – А салфетки антисептические есть? – после моего вопроса возникло неловкое молчание, и я уже пожалел, что спросил это.

– Тут не центр Питера, Андрей, микробы в такую погоду все дохнут, да и откуда им взяться! Возьми в той чёрной сумке полотенце и ополосни руки в озере, если ты так переживаешь! – сказала Лера. – Если совсем невмоготу, то можешь протереть руки водкой – я тебе полью.

– Почему ты считаешь, что я всё время переживаю? Я за последние десять лет, наверное, второй или третий раз в поход пошёл. И то, до этого просто за город ездили, а не так далеко. Помою в озере.

Неужели я произвёл на неё впечатление неженки?

– А кто в какой палатке будет жить? – спросил Саша.

– Нас семеро на три трёхместных палатки, так что в любой комбинации можем разместиться. Без разницы! – ответил Пётр.