Читаем Квантовая любовь полностью

Кто-то кашлянул. Для Картера это служило сигналом остановиться и подождать тринадцать секунд – время, чтобы пробежать глазами дальше по списку: «Посетителям на регистрации выдают мобильные устройства для общения с Дэвидом. Охранник сообщает о прибытии делегации из проекта „Релив“. Какой-то ученый спрашивает, когда прилетает самолет доктора Беккета».

Миновав охрану, Картер направился через вход для сотрудников в холл, а оттуда – в главный коридор, который расходился в трех направлениях. Здесь он встал и, прислонясь к стене, начал ждать. Следующий пункт – так, ничего особенного, звук торопливых шагов посетителя, идущего справа налево. Картер перечитал в блокноте слова виртуального ассистента Дэвида, которые должны вот-вот прозвучать.

– Ваша встреча начинается через две минуты, – раздался из мобильного устройства визитера знакомый металлический голос с британским акцентом. – Вы опаздываете. Попросить, чтобы вас подождали?

– Спасибо, не стоит. Я поспешу.

Картер шевелил губами, беззвучно проговаривая слова вместе с мужчиной. Голоса удалялись. Все еще прислушиваясь, он опустил руку с блокнотом и задумался. События шли по плану. Одно за другим они разыгрывались на его глазах с какой-то дикой, почти зловещей точностью. И хотя верующим Картер себя не считал, в голову закралась мысль о чистилище…

Попав в петлю времени, он поначалу не верил в происходящее. Когда петля проделала несколько повторов, его разобрало любопытство. На какое-то время игра даже увлекла его. Ну а теперь? Наверное, цель эксперимента заключалась в том, чтобы проверить, какие ощущения испытываешь, когда тебе заранее в точности известны все действия окружающих. Картеру было уже не любопытно и не смешно. Ему стало жутко.

Ничего нового. Ничего неожиданного. Все предсказуемо.

Тяжело вздохнув, он откинул со лба волнистые черные волосы. Ну хоть бы что-нибудь пошло не так! Пусть человек появится не справа, а слева. Или цветок в горшке, чудом ожив, исподтишка укусит за палец. Или рояль рухнет с неба на ногу. Да что угодно, лишь бы этому настал конец.

Прошло десять минут, а он все стоял, не в силах двинуться с места. Ему бы выйти погулять, привести мысли в порядок, но неумолимая определенность будущего сковала по рукам и ногам. Эта задержка неожиданно повлияла на ход событий.

Каждый раз, переживая события заново, Картер следовал изначальному плану: шел к наблюдательной кабине. Туда, где в первый раз попал под мощнейший выброс энергии, когда ускоритель взорвался. Конечно, единственное, что он менял, – это свое положение в тот финальный момент. Хотел внимательно рассмотреть, где именно луч ударяет в пол. Даже зарисовал по памяти схему панелей. Правда, что делать с рисунком дальше, не знал. Наверное, пытался отыскать в происходящем какой-нибудь смысл.

А в этот раз, задумавшись, Картер почувствовал тяжесть. Она накрыла его, не давая пошевелиться. Он задержался в коридоре дольше обычного. Тогда его осенило: произошло отклонение от траектории событий. И ничего ужасного не случилось.

Черт возьми, а если захотеть, чтобы случилось ужасное, – просто так, интереса ради? Может, отклониться еще дальше? Или вообще развернуться на сто восемьдесят градусов?

Обычно из коридора он шел направо и, отметившись у дежурного, брал тележку с инструментами, чтобы приступить к выполнению служебных обязанностей. Но теперь внутри засело острое, почти незнакомое ему чувство упрямства. Нет! Он повернет налево. И к дежурному подходить не станет. А пойдет лучше…

Картер шарил глазами вокруг себя, отыскивая, куда бы пойти и что бы сделать такого, наперекор всему… Ага, нашел!

Ноги понесли его сами собой. Шаги отдавались ликующим эхом. Лавируя среди людей, занятых работой или слоняющихся без дела, он едва не подпрыгивал от счастья, пока не оказался у входа в кафетерий комплекса.

Картер решительно шагнул к прилавку, манящему ароматом свежей выпечки.

– Мне булочку с миндальной начинкой. Или нет, лучше с яблочной. А вообще, подождите…

Не скрывая радости, Картер широко улыбнулся растерянному продавцу.

– Дайте и то и другое. А еще круассан. И банановый хлеб с орехами. Ну, и булочку с клюквой. И черничный кекс.

Кондитерские щипчики ловко укладывали продукты в отдельные бумажные кульки.

– Вам еще что-нибудь?

Пересчитав товар, продавец сложил все в большой пакет.

Картер ткнул пальцем в стеклянную витрину, где лежало последнее, что осталось из богатого ассортимента корпоративной столовой:

– Да! Пончик с глазурью.

Он шел по коридору спокойным шагом, держа блокнот под мышкой, и откусывал от каждой булочки поочередно. Жевал не спеша, стараясь распробовать вкусовые оттенки тающей во рту сдобы. Несмотря на свою любовь к еде, Картер умел сдерживать аппетит: родители с детства приучили следить за здоровьем. Но теперь он дал себе волю: ведь последствий быть не могло.

Он шел по коридору с закрытыми глазами, смакуя сладко-соленые нотки миндального круассана. И вдруг на кого-то наткнулся. Его обдало теплой жидкостью.

– Ой, простите!