Читаем Квадрат Пифагора полностью

Он назвал конечную станцию своего путешествия. Мне название ни о чём не говорило. Бог его знает, где это. Интересно, всё-таки, сколько времени мы с ним проведем. Но уточнять было как-то неудобно.

Словно отвечая на мой незаданный вопрос, Василь Васильевич добавил:

– Это небольшой провинциальный городок, до него два дня пути, с ма-а-а-леньким хвостиком… А вы, Женя, куда путь держите?

Я ответил. Меня командировали в крупный промышленный город, наверняка известный моему собеседнику.

– О! Ну мы с вами почти всю поездку будем попутчиками! – Василь Васильевич подтвердил мою догадку. Да и по всему видно, что он лучше ориентировался в географии следования. – Мне выходить чуть раньше вас, на несколько часов…

Я кивнул, старательно отгоняя от своей чуть скошенной улыбки признаки разочарования таким ответом. Ну, всю, так всю… Уставившись обратно в оконный экран, я продолжал рассматривать движущееся пространство.

– Вы знаете, Женя, я в таком люксе первый раз путешествую. – Василь Васильевич нежно погладил матовую поверхность стола. Я скосил взгляд на его простодушное лицо.

– Сам-то я не очень «люксовый», – продолжал он с полуулыбкой, – простой, можно сказать… болтать иногда люблю…Это я к тому, что если вам, Женя, сподручнее в тишине ехать, так вы не стесняйтесь, скажите мне. Надеюсь, смогу себя, старика, перебороть….

В ответ на эту его тираду я тоже улыбнулся. На секунду показалось, что он подслушал мои мысли. Даже неловко как-то стало.

– Да нет, – будто оправдываясь, произнес я, – мне тоже временами нравится поговорить. Только… – я вздохнул и замялся. Но, глядя в открытое и добродушное лицо слушавшего меня собеседника, решил высказаться откровенно.

– Мне приходится довольно много разъезжать, знакомится, но вы знаете, Василь Василевич, что-то последнее время народ какой-то невеселый попадается, все больше про проблемы, про заботы… За два-три дня наслушаешься всякого, и становится скучно, грустно и даже противно…

Я досадливо поморщился. Сам же не люблю подобного нытья. Сейчас мой собеседник невесть что подумает.

Но он, внимательно выслушав, чуть вздохнул, и, как мне показалось, с полным пониманием негромко проговорил:

– Ну да, ну да…ну да… Вы правы, правы, Женя. Раньше, помниться, сядешь в поезд, у кого-нибудь гитара припасена, вот всю дорогу песни люди пели, да задушевные беседы вели. Да… говорили про душу… Ну, а теперь у всех иное на уме…

– Ну да нам ли быть в печали! – сменив тон, мой попутчик восторженно продолжил – Вон, в каких условиях путешествовать будем! Это, знаете Женя, мне такой подарок зять с дочкой сделали. Говорят: «Пора тебе, батя прокатиться с шиком!» – Василь Васильевич, откинувшись на мягкую спинку дивана, обвёл взглядом купе. – Класс, да!?

– Да-а-а, без слов. – С его восторгом я был полностью солидарен.

– А вы, наверное, частенько так путешествуете?

– Да нет… У меня это тоже первая поездка в таком вагоне.

– Ну да у нас с вами есть повод отметить!

Василь Васильевич сделал известный жест, пристукнув ребром ладони по своей массивной шее. Мы оба негромко засмеялись. Его благодушное настроение заполнило всё наше сверкающее купе, и я поймал себя на мысли, что эта поездка будет отличаться от многих остальных. Таких открытых и простых людей я давно не встречал, и наверное, успел по таким соскучиться. И я совершенно внутреннее расслабился.

– Василь Васильевич, только чай! – Как-то я не подготовился и не прихватил с собой ничего покрепче.

– Ну да конечно – только чай! Я, уважаемый Женя уже давно – только чай! – Он озорно прифыркнул. – Каждому времени своё. Моему – уже только травяные напитки!

– Да вы не больно-то похожи на больного старика. – Совершенно искренне произнес я, без намека на комплимент.

–Ну-у-у, здоров я, здоров! Тьфу, тьфу, тьфу! – Он скосил голову влево, потом как мальчишка – озорник втянул её в плечи. – Ох, да тут и плюнуть не куда! – Состроил веселую гримасу, – и это, наверное, единственный недостаток люкса!

Я рассмеялся.

Наш разговор завязался, и мерно потек во времени. С некоторым удивлением, или даже можно сказать, с изумлением я наблюдал за своим собеседником. Сначала даже трудно было предположить, что такой взрослый, массивный и серьёзный с виду мужчина обладает таким юношеским чувством юмора. Его лицо то и дело вспыхивало, отражая веселый нрав, который каким-то чудом уцелел на протяжении многих прожитых лет. Да, признаться, я давно не изумлялся. Даже забыл, как это происходит.