Читаем Курсом к победе полностью

В проливе «Железное дно» (так назвали пролив из-за большого числа потопленных в нем кораблей Японии и США) разыгралось особенно много дневных и ночных боев. Во всех них участвовали авианосцы. Нередко основной целью боя являлось стремление сторон потопить друг у друга авианосцы, поскольку один этот факт уже предопределял успех. В этих боях японцы понесли большие потери: самой тяжелой для них была потеря 2500 самолетов морской авиации. Это вынудило японцев отвести свои авианосцы для принятия новых самолетов и подготовки летчиков, способных действовать на море.

Бои на море на огромном удалении от основных баз противников уже в 1942 году потребовали принять меры по увеличению автономности плавания не только отдельных кораблей, но и целых соединений. От плавучих баз для малых кораблей противники перешли к подвижным базам, с помощью которых крупные соединения кораблей могли базироваться на любую бухту и получать там все необходимое даже в перерывах между операциями.

К 1944 году стало явственно сказываться преимущество США в промышленном потенциале. В то время как японцы с трудом ремонтировали свои потрепанные в боях корабли, американский флот получал все новые боевые единицы.

Это позволило адмиралу Нимицу уже в конце 1943 года перенести свои операции в центральную часть Тихого океана. Теперь американцы имели достаточное количество авианосцев, десантных и вспомогательных судов. Высшее командование стало подумывать о наступлении на саму Японию. При этом сразу же определились две точки зрения. Генерал Макартур выдвинул свой «стратегический план разгрома Японии». Он предлагал наступать через Новую Гвинею и Филиппины, отводя доминирующую роль сухопутным силам; флот должен был играть вспомогательную роль. Адмирал Кинг упорно отстаивал другой план продвижения через Тихий океан — от атолла к атоллу (стратегия «лягушачьих прыжков»), — в реализации которого главенствующая роль отводилась флоту. Этот план и был утвержден.

Продвижение было очень медленным. Подчас и огромное превосходство в силах не помогало американцам. Вот, например, как протекал бой за крохотный атолл Тарава — один из островов Гилберта — в ноябре 1943 года. Американцы в течение недели непрерывно бомбили атолл, затем к нему приблизились американские корабли и выпустили более 3 тысяч тонн снарядов. Казалось бы, ничто не должно было уцелеть на крошечном кусочке земли. К атоллу двинулись шесть волн десантных судов, в том числе новейшие — «аллигаторы», способные преодолевать мелководные рифы и искусственные препятствия на подходах к берегу. И вдруг десантников встретил убийственный огонь. Три дня пытались американцы пробиться к острову, потеряли более 1700 человек и потерпели полное поражение.

Последующие десанты союзников проходили не столь трагически, но не менее тяжело. Не зря сами американцы иронизировали, что они продвигаются не от атолла к атоллу, а от пальмы к пальме. Война грозила затянуться на годы и годы.

Забегая вперед, напомню, что даже в начале 1945 года на Крымской конференции американцы рассматривали победу над Японией как далекую перспективу, и потому Рузвельт все ещё считал «врагом номер один» Германию, а не Японию. Сейчас об этом кое-кто на Западе забывает. А ведь на самом деле получилось так, что, несмотря на мощь американского флота и авиации, Япония держалась, стойко держалась, и не случайно на Крымской конференции Ф. Рузвельт настаивал на скорейшем вступлении Советского Союза в войну с Японией. Даже в дни Потсдамской конференции, в июле — августе 1945 года, когда мир торжествовал по поводу разгрома фашистской Германии, японцы отказались подписывать безоговорочную капитуляцию. Безнадежным свое положение они признали, только когда Вооруженные Силы Советского Союза разгромили Квантунскую армию. Сразу после этого 2 сентября Япония капитулировала.

Вернувшись с Черноморского флота в Москву — было это в середине июня 1944 года, — я потребовал от начальника Главного морского штаба самых подробных данных, которыми он располагал, об операции «Оверлорд». Мы внимательно следили за действиями союзников в Нормандии. Начальник ГМШ завел даже специальную оперативную карту и иногда даже начинал свой утренний доклад с того, какие новости поступили о продвижении союзников во Франции. Но продвижение становилось день ото дня медленнее, и скоро интерес к этой карте у нас иссяк.

А ведь сколько времени готовились к этой операции англичане и американцы, какие силы накопили!

Вначале союзники обещали открыть второй фронт в 1942 году. Потом в 1943 году. Наконец, на Тегеранской конференции этот срок перенесли на 1 мая 1944 года. В декабре 1943 года была названа и фамилия верховного главнокомандующего операцией «Оверлорд» — американского генерала Дуайта Эйзенхауэра. Он получил самые широкие полномочия. Помощниками Эйзенхауэра стали англичане — адмирал Рамсей, генерал Монтгомери и главный маршал авиации Лей-Мэллори.

На подготовку десанта у союзников ушло полтора года. Прямо скажем, срок немалый, даже если учитывать сложность и масштабы операции.