Читаем Купавна полностью

Мне, прошедшему дороги не только одной Великой Отечественной войны, всегда интересен человек в его взаимодействии с обществом, в конфликте с самим собой, с товарищем, другом, знакомым и даже с первым встречным, с благородным чувством к месту, где он родился и куда вернулся доживать свое; не менее важны его душевные качества, моральные ценности, которыми он обладает или должен обладать. Только уже поэтому, войдя в соприкосновение с Николаем Васильевичем Градовым, Агриппиной Дмитриевной и с постигшим ее горем, с другими их близкими и родными людьми, я увидел не один тот жизненный материал, обладателем которого они стали, но и образовал свой поиск того, о чем порознь друг от друга никто из них не знал.

Николай Васильевич Градов и Дмитрий Ираклиевич Колосков не встречались на войне. Дружбе не пришлось встретиться и с Дусей. Но, право, какая разница, кто сделал больше, кто меньше?.. Выходя за пределы сделанного ими, должен сказать: каждый в войну поступал в меру своих сил и возможностей — девочка или старуха, посылающие на фронт связанные слабыми руками варежки, кисет для махорки, или сам рядовой боец, сумевший сразить хоть одного фашиста. Изо всего, даже самого малого и самого разного, составлялось противодействие врагу, и подчас немалой ценой. Потому каждая секунда войны прибавляла морщин и седины у всех людей.

— Одни закрывали своим телом амбразуру, чтобы обеспечить продвижение вперед целого батальона, — любил говорить Градов. — И нынче иные идут наперекор стихии, чтобы подать руку помощи терпящему бедствие. Другие приносят лекарство немощному старику — ветерану войны. Многие каждый день просто делают добро своему соседу — советом или теплым вниманием.

Точно так было и со мной.

На разные голоса журчат родники, вырываясь из недр земли к свету. По-своему говорили добываемые мною документы о людях, которых не стало в войну, близких по родству и духу моим новым друзьям, появлялись на свет, вливаясь в реку по имени Факт. Так было!

Из наградного листа на подполковника медицинской службы Колоскова Дмитрия Ираклиевича

«…Являлся участником Сопротивления, оказывал всяческую помощь содержащимся в концентрационном лагере советским военнопленным, тем самым облегчал нечеловеческие условия их содержания там.

Дмитрий Ираклиевич сумел обеспечить несколько побегов из фашистского плена рядовых бойцов и командиров Советской Армии. В ходе судебного процесса по делу о предательстве и преступной деятельности бывшего военнослужащего Красной Армии Шкреда Теодора Карловича, занимавшего в концлагере пост капо — надзирателя — под именем Шеремета Тимофея Кирилловича, установлено:

военный преступник Шкред Т. К. (он же Шеремет Т. К.) систематически склонял Колоскова Д. И. к службе немецким фашистам, вел за последним постоянную слежку, поставил под угрозу срыва первую его попытку к побегу.

Материалами судебного следствия, а также свидетельскими показаниями доказано:

Колосков Дмитрий Ираклиевич, находясь в фашистском плену, ничем себя не скомпрометировал как гражданин Советского Союза. Успешно осуществив свою новую попытку к побегу, тов. Колосков Д. И. сумел спасти от смерти месячного ребенка, дочь погибшей в плену партизанки — врача Гончаренко Евдокии Сидоровны.

За проявленное мужество Колосков Дмитрий Ираклиевич представляется к правительственной награде — ордену Красной Звезды».

Из газетных сообщений послевоенных лет

«За смелые и решительные действия при задержании опасного преступника лейтенант милиции Виктор Улитин Указом Президиума Верховного Совета РСФСР награжден медалью «За отличную службу по охране общественного порядка».

В тот день лейтенант В. Улитин зашел в больницу по служебным делам и вдруг услышал крик о помощи. Произошло невероятное: во время приема опасный преступник напал на врача Дмитрия Ираклиевича Колоскова.

Улитин устремился вдогонку за убегавшим преступником и вскоре настиг его. В завязавшейся схватке лейтенант был ранен, но сумел задержать преступника, которым оказался некий Т. К. Шкред (он же изменник Родины в военное время Т. К. Шеремет)».

Из донесения обер-лейтенанта Вилли Хофнера в штаб абвера

«Личность перебежчика, советского морского офицера Шкреда Теодора Карловича, не вызывает сомнений.

Отец перебежчика Карл Шкред — австриец по происхождению, по профессии — авантюрист, космополит по убеждению.

В 1915 году Карл Шкред находился в рядах польских легионеров Пилсудского, участвуя в боях против России. Спустя три года оказался в рядах Украинской Галицкой Армии (УГА), после поражения которой переходит на сторону Красной Украинской Галицкой Армии (КУГА). Цель перехода: предать полк и таким образом получить от белополяков отпущение грехов. Однако, прежде чем осуществить эту цель, попадает в плен к пилсудчикам и находится под угрозой расстрела. Лично Пилсудский решил простить ему измену, чтобы устроить его в штаб Петлюры как резидента своей разведки.