Читаем Культурист полностью

– Мужики поле пашут, гнида, – мгновенно отреагировал Индеец. – Следи за гнилым базаром. Если не можешь – держи вафельницу закрытой. А мы здесь от Чалого. Слышал о таком?!

– Слышал. Известная личность. Только вы опоздали, пацаны. Навсегда опоздали. У нас уже есть «крыша». Такая, до которой вам, как до луны пешком. Так что давайте обойдемся без оскорблений. А то мало ли что...

– Неужели? У вас есть «крыша»?! – Индеец удивленно приподнял брови и, словно ища поддержки, скользнул взглядом по стоящему рядом Владу, после чего снова посмотрел на коммерсанта, до сих пор не знающего о вчерашней мокрухе возле Красненького кладбища: – Вот это сюрприз! Как снег на голову. А можно вас в таком случае попросить прямо сейчас снять трубочку с телефона и соединить меня с вашей «крышей»? Чтобы мы уладили вопрос, раз и навсегда. И избавили таких занятых и крутых кексов, как вы, от дальнейших хлопот?! А заодно, на всякий случай, извинились за внезапное вторжение и хамство. Эй, жирный! – Индеец посмотрел на Сочнева. – Чего встал, словно обосранный?! Звони давай! Не терпится узнать, что же за мэн вас крышует, что же это за Терминатор такой, против которого нам как до луны пешком?! Ну! Звони, боров!

Директор СП машинально прикрыл дверцу сейфа, тщетно пытаясь защитить «засвеченные» деньги от разграбления, подошел к столу, взял трубку радиотелефона и набрал номер скромного зама по гражданской обороне Стрелковского. Индеец и Невский внимательно наблюдали за выражением его лица. Марголин, напротив, всем своим видом демонстрировал полное пренебрежение к «недоразумению», надеясь, что ситуация вот-вот прояснится, едва в дело вмешается грозный московский варяг.

– Алло? – Сочнев удивился, услышав в трубке незнакомый голос. – Кто это?.. Какой еще Дергачев?! Мне нужен Геннадий Петрович... Что?! Когда?! Где?! – в глазах коммерсанта вспыхнул лютый ужас. – Извините, – едва шевеля губами произнес он, вернул телефон на базу и обессиленно сполз в начальственное кресло. Затем, слегка оклемавшись, посмотрел на враз утратившего гонор Марголина и сообщил, с трудом выдавливая из себя слова:

– Его взорвали. Вчера днем, в Автово. Возле кладбища. Остальных расстреляли из автомата... Пять трупов...

– Маленькое уточнение, Евгений Олегович, – вежливо поправил Индеец. – В «тойоте» взорвали двоих – Стрелковского и его охранника. Еще двоих бойцов застрелили в «Ниве». А пятому, последнему, который прятался на кладбище и наблюдал за «стрелкой», пулей снесло полголовы. На глазах у изумленной публики. Так дело было. Интересно, кто это все устроил, а? Попробую угадать... – Антон встал со стула и подошел к Марголину. – По всей видимости, те самые дилетанты, которые, как вы только что выразились, такой крутой «крыше» в подметки не годятся. Как вы думаете, Роман Ильич? И откуда они только узнали, что вас крышует именно товарищ Стрелковский? Ведь это страшная тайна. Уму непостижимо... Что же вы молчите, Роман Ильич? – Индеец ухватил Марголина за щеки. – Али язык от страха проглотили?

– Надеюсь, господа, с первой частью показательных выступлений можно закончить. Надеюсь, вы убедились, что имеете дело с профессионалами, а не со шпаной, – заговорил Невский, обращаясь к медузой растекшемуся по креслу Сочневу. – Бояться нас не нужно. Для вас лично и для вашего бизнеса ровным счетом ничего не изменилось. Просто теперь о вашей безопасности будем заботиться мы. Я, кажется, забыл представиться. Меня можете звать просто Рэмбо. Мой друг откликается на Индейца. Наши координаты получите чуть позже... Работайте как прежде. Отправляйте лес немцам, получайте продукты и превращайте их в валюту. Мы ценим чужое время. А поэтому первый вопрос... к вам, Евгений Олегович. Сколько акций предприятия принадлежало Стрелковскому и его людям? Врать не советую. Цифру мы и так знаем. Просто хочу лишний раз убедиться, хорошо ли вы меня поняли?

– Двенадцать процентов, – бесцветно, словно ему было уже все равно, произнес Сочнев.

– Каковы остальные доли? Ваши и баварского фюрера, господина Лембита? – продолжил Влад. Директор не врал, это было очевидно.

– У Лембита Корпа контрольный пакет, пятьдесят один процент, – раскололся Сочнев. – У меня двадцать. У Романа – двенадцать. Остальные пять принадлежат подставному лицу из Москвы. Но реально – министру лесной промышленности Союза Шестипалову.

– А как делится неучтенная наличка? – вмешался Индеец.

– Так же, – ответил Сочнев. – Все цифры известны...

– Что ж, – помолчав, шумно вздохнул Индеец. – Нас это устроит. Обычно мы берем за охрану двадцать процентов, но в данном случае, учитывая масштабы предприятия, есть смысл согласиться на меньшее. Сколько денег в сейфе?

– Полмиллиона рублей, – чуть слышно сообщил директор. – Сорок тысяч долларов. Девяносто тысяч дойчмарок.

– Мы возьмем часть этих денег, – небрежно, как о пустяке, сообщил Антон. – Скажем... половину всей суммы. В качестве компенсации за риск. Не так просто было договориться с вашей прежней «крышей». Но мы, как видите, справились. Надеюсь, вы не против моего предложения, Роман Ильич?

Марголин покосился на компаньона.