Читаем Культ Ктулху полностью

– Н’ам… да, да, конечно! – нетерпеливо изрек его собеседник. – И у меня есть цена, вы скорей дать мне книгу…

– Давайте сперва поглядим, что у вас есть. – В голосе Дэвиса проглянуло раздражение.

Высокий скелетоподобный араб быстро расстегнул рубашку, запустил руку за пазуху и вытащил один за другим пять продолговатых пластиковых пакетиков, которые аккуратно разложил на столе перед взмокшим и теперь уже слегка взволнованным продавцом.

– Вот… гашиш, – сообщил он довольно буднично. – Чистый… хорошего качества… кхирун… лучший гашиш… вал-льх!

Дэвис осторожно открыл каждый пакетик и потрогал темную субстанцию внутри сначала кончиком пальца, потом языком.

– Да, кажется, все в порядке… на редкость качественное зелье – где вы его только берете? А, все равно. Но вы точно себе представляете, что хотите купить за него? Возможно, стоит подумать о других книгах той же ценовой категории – глядите, у меня тут есть ни много ни мало оригинал «Книги Эйбона», а кроме того…

Рашид оскалился, и правая его рука выстрелила вперед с немыслимой скоростью, сомкнувшись на горле Дэвиса. Рот у того беззвучно открылся – он на мгновение заглянул в холодные очи самой смерти, вдруг обретшей материальную форму.

– Давай мне некрутическая книга! – Слова резали зловонный воздух, будто ножи.

– Да, хорошо, хорошо… – Дэвис захрипел, пытаясь высвободиться из болезненной хватки. – Хорошо, я сказал! Отпустите меня, черт вас возьми! Позвольте вас предупредить, хотя у меня огромное искушение этого не делать… «Некротическая Книга» чрезвычайно опасна! Я видел, что она сделала с парнем, который владел ею раньше. При одной только мысли у меня желудок выворачивает. Да я бы такой участи худшему своему врагу не пожелал – а я вас заверяю, у меня такие есть! Нечеловеческий конец… или, наоборот, слишком человеческий – но не такой же… Дьявол, если бы начальство не настаивало, чтобы я взял проклятую книгу назад, я бы ее…

– Некрутик китаб! Где?! – перебил его араб, чье терпение очевидным образом иссякло.

– Не уверен, что вы понимаете… – Джек Дэвис предпринял последнюю, отчаянную попытку. – Эта проклятая книга… свиток… пергамент – меня, к счастью, избавили от необходимости ее лицезреть – действительно обладает некротическими силами! Вы знаете, что это означает?

В первый раз легкая улыбка проскользнула по оливковому лицу Рашида Абдула Вахаба Аль-Ираки.

– Да, я знаю. Мы знаем. Китаб Тумарна Аль-Миит-уи-Маджнна обладает властью, равной которой нет у других книг – даже у Китаб-уль-Азиф. Мой повелитель тоже знает – он есть великий собиратель запретного… он знает… он – ‘лим-уль-китаб. Да, Тумарн… Томерон?… нашел… открыл то, что неведомо другим людям и джинни. Некротический книга может заставить плоть гнить – гнить при жизни – как паучий яд, который мой повелитель изучать… loxosceles… а, laeta… некротоксин… обращаться с ним надлежит осторожно. Мы также очень осторожен когда обращаться с некротический китаб Тумарн. Мы никогда не касаться, работать на пространстве… нет, на расстоянии!.. очень безопасно, и еще аль-дуктр… господин собирает, он много других книг, они нас защищают, нет? Мы с многие запретные книги сейчас, много сильных китаб, сильная защита от… снаружи. Так, где эта книга? Который китаб?

– Да вы чокнутые оба! Совсем сумасшедшие! Понятия не имею, как вы собираетесь…

– КИТАБ!

Таким тоном Рашид еще не говорил. В левой руке у него объявился тонкий кинжал.

– Довольно игр, кяфир! Книгу! – повелительно потребовал он.

– Да, ладно, ладно, это, в конце концов, твоя жизнь – и того психа, что тебя нанял. Я честно пытался вас предупредить… вот. Вот она. Уже достаю.

Трясущимися руками Дэвис снял с одной из полок на правой стене четыре толстенных тома, за которыми оказался причудливо изукрашенный и запечатанный ларец. Показав на него пальцем, он прошептал:

– Вот. Забирай чертову шкатулку. Бери ее сам. Чертова книга – или что она там такое – внутри.

Рашид мгновенно обогнул стол и уже стоял перед полкой. Ни секунды не колеблясь, он протянул руки и вытащил ящичек из его тайного убежища, потом повертел его в воздухе, ощупывая пальцами большие восковые печати и тонкую позеленевшую цепочку, которой он был обмотан.

– А, печать Ар-Раджма, все, как и было обещано… но я должен открыть и убедиться…

Джек Дэвис подскочил, бледный, как смерть, и наставил на него маленький синеватый револьвер, который словно по волшебству возник у него в руке.

– Даже думать не смей открывать эту штуку здесь! – взвизгнул он.

Его мокрое от пота лицо являло прелюбопытную с мимической точки зрения смесь гнева и страха. Пистолет смотрел точнехонько Рашиду в лоб.

Перейти на страницу:

Все книги серии Мифы Ктулху

Похожие книги

К востоку от Эдема
К востоку от Эдема

Шедевр «позднего» Джона Стейнбека. «Все, что я написал ранее, в известном смысле было лишь подготовкой к созданию этого романа», – говорил писатель о своем произведении.Роман, который вызвал бурю возмущения консервативно настроенных критиков, надолго занял первое место среди национальных бестселлеров и лег в основу классического фильма с Джеймсом Дином в главной роли.Семейная сага…История страстной любви и ненависти, доверия и предательства, ошибок и преступлений…Но прежде всего – история двух сыновей калифорнийца Адама Траска, своеобразных Каина и Авеля. Каждый из них ищет себя в этом мире, но как же разнятся дороги, которые они выбирают…«Ты можешь» – эти слова из библейского апокрифа становятся своеобразным символом романа.Ты можешь – творить зло или добро, стать жертвой или безжалостным хищником.

Джон Эрнст Стейнбек , О. Сорока , Джон Стейнбек

Проза / Зарубежная классическая проза / Классическая проза / Зарубежная классика / Классическая литература
Эстетика
Эстетика

В данный сборник вошли самые яркие эстетические произведения Вольтера (Франсуа-Мари Аруэ, 1694–1778), сделавшие эпоху в европейской мысли и европейском искусстве. Радикализм критики Вольтера, остроумие и изощренность аргументации, обобщение понятий о вкусе и индивидуальном таланте делают эти произведения понятными современному читателю, пытающемуся разобраться в текущих художественных процессах. Благодаря своей общительности Вольтер стал первым художественным критиком современного типа, вскрывающим внутренние недочеты отдельных произведений и их действительное влияние на публику, а не просто оценивающим отвлеченные достоинства или недостатки. Чтение выступлений Вольтера поможет достичь в критике основательности, а в восприятии искусства – компанейской легкости.

Теодор Липпс , Вольтер , Виктор Васильевич Бычков , Франсуа-Мари Аруэ Вольтер , Виктор Николаевич Кульбижеков

Детская образовательная литература / Зарубежная классическая проза / Прочее / Зарубежная классика / Учебная и научная литература