Читаем Культ Ктулху полностью

Он выглядел пустынным и голым – холмистая земля, то там то сям вспухающая скалистыми возвышенностями, с разбросанными кое-где по склонам загадочными статуями, видными даже отсюда. Это зрелище что-то сдвинуло у него в голове, на мгновение дышать стало нечем. Самый воздух над островом, казалось, дышал тайной. Интересно, встал ли уже Нордхерст, подумал он, а если да, то какие чувства в нем пробудил этот странный, повергающий в трепет пейзаж, открывшийся сейчас перед ними. Может быть, и он тоже гадает, что ждет их на этой древней земле. А Уолтон! Он наверняка сгорает от нетерпения, Митчелл был в этом уверен. Родственная душа – единственная среди неверующих.

Завтрак прошел быстро и в молчании. Всем, включая даже Нордхерста, не терпелось сойти на берег – хотя бы для того, чтобы земля под ногами перестала качаться. Они стояли на якоре, но океанский прибой все равно подбрасывал корабль. Митчелл, разумеется, сел в первую шлюпку, вместе с Уолтоном и Нордхерстом.

Серые сумерки сменились розовым сияньем зари, окаймленным золотом. Внезапно над кромкой моря взмыло солнце – одним прыжком, прямо в безоблачные небеса. Лодка ткнулась в каменистый пляж, Уолтон выскочил наружу и протянул руку профессору. Следом высадился Митчелл. Несколько мгновений он стоял, благоговейно глядя вокруг. Трудно поверить, что ты наконец-то там, куда стремился так долго; что тайна, о которой мечтал так много лет – вот она, кругом, повсюду, докуда хватает взгляда! По обе стороны от него простирался серый лавовый берег, обнимая уходящий кверху склон, испещренный там и сям утесами, расселинами, валунами. Все это было высечено руками природы и времени – не человека.

– Боже мой, что за место! – хрипло выдохнул Уолтон.

Широко распахнутыми глазами он глядел на новую землю.

– Если и есть где-то в мире призраки древних цивилизаций, так это здесь!

Нордхерст презрительно фыркнул.

– Поверю, когда увижу, – ядовито сказал он. – Полагаю, нам прежде всего нужно найти подходящее место и разбить лагерь, а затем обследовать местность. Где-то вон на том склоне я заметил несколько крупных каменных фигур, примерно в полумиле отсюда. Думаю, нам не составит труда их отыскать.

– Тем более, что у нас, кажется, появилась компания, – заметил капитан.

Митчелл посмотрел туда, куда тот указывал: толпа туземцев уже собралась на самом верху узкой, извилистой лавовой тропинки, сбегавшей по крутому склону холма прямо перед ними и извивавшейся между гротескно вылепленными каменными глыбами, будто устроенная самой природой лестница.

– Интересно, сколько из них умеет говорить по-английски? – пробормотал Митчелл.

Прежде чем кто-нибудь успел ему ответить, вперед выступил Уолтон. Сложив ладони рупором, он заорал во всю глотку:

– Иа-о-рана куруа!

– Иа-о-рана куруа! – обрушился в ответ водопад голосов.

Звук прокатился вниз по каменной стене, отскакивая от скал, как приливная волна. Говорившие последовали за ним.

Митчелл стоял в сторонке, пока Уолтон разговаривал с аборигенами, сгрудившимися вокруг него. Некоторые из них, как оказалось, разговаривали по-английски и почти все – по-испански, в той или иной мере. Общаться с ними будет несложно, решил он, а вот вытянуть из них что-то по-настоящему ценное – тут дело другое.

Они поставили лагерь и под пытливыми взглядами туземцев перетащили на берег большую часть припасов. Двоих из команды тут же поставили на страже: дикари острова Пасхи давно славились своей вороватостью. У них это считалось чуть ли не подвигом и уж никак не преступлением.

После всего этого Митчелл смог, наконец, двинуться внутрь острова в сопровождении Ултона, Нордхерста и целой свиты из матросов и местных. Полчаса спустя, спотыкаясь на неровной, коварной тропе, они вскарабкались на склон, который Нордхерст заметил еще с моря. Там, повернувшись спиной к прибою и устремив неподвижный взгляд в глубь острова, стояли каменные гиганты. А ведь и верно, подумал Митчелл, все они смотрят прочь от океана.

Жесткая, грубая, пожелтевшая от солнца трава росла вокруг статуй, башнями возвышавшихся над нею, футов на двадцать, а то и больше. Заглянув в их непроницаемые, странные, пугающие глаза, Митчелл невольно поежился. Было в них что-то такое… недоступное пониманию. И даже не скажешь, что именно.

Он украдкой бросил взгляд на Нордхерста. Тот стоял в нескольких ярдах позади, раздавая распоряжения корабельной команде: матросы опирались на кирки и лопаты, готовые приступить к раскопкам. Насколько глубоко им предстоит зайти, прежде чем экспедиция наткнется на что-то достойное внимания, никто не знал. Митчеллу оставалось только гадать… наверняка копать придется до ног статуй, по меньшей мере. Если у них, конечно, вообще были ноги… Судя по размерам голов – единственного, что выдавалось над землей – остальное уходило вниз футов минимум на сорок. А если они по дороге наткнутся на твердую породу, это однозначно замедлит работы и непонятно насколько.

– Что вы об этом думаете, профессор? – спросил он, подходя к группе.