– Ее звали Роза, – тихо произнес Илья, – Роза Анатольевна Шагина.

– Откуда ты знаешь? – подняла на него удивленные глаза хозяйка дома.

– Такая же фотография хранится в нашем семейном альбоме. Эта женщина – моя бабушка… неужели это правда?

– Что? – оторопела Яна, а тетя Нюра, казалось, потеряла дар речи.

– Говорили, то есть ходили какие-то слухи, что мой дед взял ее в жены уже беременную. Факт этот тщательно скрывали, воспитывал родившегося мальчика дед как своего, потом бабушка родила двух дочерей и умерла от рака в возрасте пятидесяти лет еще молодой и красивой женщиной. Дед был много старше бабушки и пережил ее всего на два года. Перед смертью он сказал, что очень любил свою жену, что она была честна и порядочна по отношению к нему, но ее заставили выйти за него замуж. Ее отец – властный человек – спасал ее от позора, она забеременела от какого-то иностранца без гроша в кармане. Ребенок, которого бабушка родила уже в браке с моим дедом, был сыном этого иностранца и… моим отцом, а это значит… – Илья замолк.

– А это означает, что ты внук Владимира Адольфовича Кудрявцева, и это объясняет очень многое… – закончила его мысль Яна, и воцарилось гробовое молчание, которое прервалось лишь милицейской сиреной.

Глава 21

– Как-то нехорошо получилось, – вздохнул Евгений, почесав затылок.

Он сидел в своем кабинете, вальяжно развалившись в кресле. Ворот его белой рубашки был расстегнут, обнажая смуглую шею.

– Что такое? – отвлеклась от разглядывания его мужских прелестей Яна.

– Была плохая телефонная связь, – продолжал канючить Женя, поднимая бокал с красным вином.

– Не томи, – откликнулась Яна.

– Говорил мужской голос…

– Тебе угрожали? – напряглась Яна.

– Нет. С чего? Я думал, что звонил патологоанатом из Москвы.

– Антон Алексеевич? – уточнила Яна.

– Он. Ну я и стал спрашивать, как там результаты исследования праха из урны, что ты послала на анализ.

– А он что сказал? – Яна безмятежно болтала ногой в черном замшевом сабо с большой блестящей пряжкой.

– Ты знаешь… – Евгений задумчиво посмотрел на нее сквозь бокал, словно проверяя вино на цвет.

– Пока нет, – ответила Яна, которую забавлял вид выпившего Жени, пытавшегося принять серьезный и сосредоточенный вид.

– Так вот я и говорю, связь была плохая… Ну виноват я, что сделаешь?! Не сразу понял, что это звонит Карл Штольберг.

– Что?! Звонил Карл?! – воскликнула Яна.

– Вот именно, ты знаешь, он что-то очень разнервничался, – туманно сказал Женя.

Яна вопросительно хлопала глазами.

– Видимо, и у Карла связь была плохая, – продолжал выпивший Евгений.

– Ты о чем? – сглотнула Яна.

– Прикинь! Я так спокойно ему говорю о том, что исследуется твой прах! – Евгений засмеялся как человек не совсем трезвый. – А он решил, что это именно твой прах, ему стало плохо. Смешно, да?

– Очень, – хмуро ответила Яна, покрываясь мурашками при мысли о том, только представив, что пришлось пережить ее любимому.

– Ой, не могу, – отдышался Женя, – а когда я все-таки объяснил ему, что с тобой все в порядке, а это прах другого человека, причем умершего много лет назад, Карл просто-таки забросал меня странными вопросами.

– Какими? – Яна поняла, что еще немного – и у нее поднимется температура или ее хватит удар.

– Он у тебя тупой? – икнул Женя.

– Карл очень умный, – заявила Яна.

– Вот уж не сказал бы, – поморщился Женя, – может быть, я тебя просто ревную? – Женя вздохнул, не получив ответа. – Карл стал спрашивать, а зачем прах тронули? Зачем это Яне надо? Опять Яна во что-то ввязалась? В общем, ужас! – махнул рукой Женя, пролив порцию вина и даже не заметив этого, потом опустошил бокал залпом. – Прости, я тут дегустирую…

– Я вижу, так чем закончилась ваша беседа с Карлом? – спросила она.

– Тебя это интересует? – с трудом он сфокусировал взгляд на Яне.

– Если честно, то очень.

– Жаль…

– Что ты ему сказал? – с угрозой в голосе спросила Яна.

– Что я в тебя влюбился и у нас все хорошо! – честно ответил Евгений.

– Идиот! – не сдержалась Яна и, поняв, что разговаривать с ним в таком состоянии бесполезно, выбежала из комнаты и понеслась по дому, не видя ничего вокруг себя.

Остановилась она уже на улице, опустилась на пенек и попыталась отдышаться. Пот лил с нее ручьями, а по щекам к тому же еще лились и слезы. Яна обхватила голову руками и стала раскачиваться из стороны в сторону, надеясь, что ее никто не видит. Поэтому очень удивилась, услышав циничное:

– Чего ты здесь раскачиваешься? Колдуешь, что ли?

Яна подняла взгляд и посмотрела на невыносимо насмешливое, как всегда, лицо Ильи.

– Ого! Да ты плачешь? Что случилось? – спросил он, и Яне даже на мгновение показалось, что парень стал более серьезным. – Еще кого-то убили? – живо поинтересовался Илья.

– Ты считаешь, что это смешно? – спросила она, вытирая слезы.

– Нет, конечно, мне вообще не до смеха, только что звонил твой эксперт из Москвы.

– Карл Штольберг?!

– Он что – тоже эксперт? – удивился Илья. – Я, вообще-то, имел в виду Антона Алексеевича. Как же он ругался, боже мой!

– Почему? – Яна сразу забыла про свои обиды.