– По ней видно, что она мертвая, – прошептала Яна, словно могла случайно разбудить усопшую, – можно даже не проверять…

– Мы же недавно видели ее, разговаривали, когда она успела остыть? – бормотал Евгений, не сводя глаз с эмблемы своего виноградника.

– Знаешь, когда человек умирает, он почему-то быстро становится тяжелым и холодным, это жутко, – клацала зубами Яна, – я в этом не сильна, была бы жива Валерия, она бы нам объяснила, почему так происходит. Ее убили сразу, как только она пришла домой. Женя, что делать?! Первое, что мне приходит в голову, так это смотаться отсюда, пока нас никто не видел.

– Ты что? Оставить ее здесь? Это бесчеловечно! Мы должны сообщить в милицию.

– Ага, хорошо тебе говорить, ваши местные менты уже обвинили меня в твоем похищении и убийстве и потом даже не извинились! Я представляю, с каким удовольствием они повяжут нас как убийц докторши!

– Но это же неправда!

– А кто знает правду?! Вытаскивай из нее колышек, и спасаем свои шкуры! Мы последние, с кем она разговаривала, и это подтвердят какие-нибудь люди на кладбище, и вот мы здесь с ее трупом! Мы будем первыми подозреваемыми! Нам надо уходить! – Яна впала в истерику, на нее ужасно повлияла бесчеловечная картина, развернувшаяся у них перед глазами.

– Мы этим подыграем убийце, – покачал головой Соболев.

– Какой же ты тупой, Женя! – выдохнула Яна. – Ты хочешь остаток жизни провести в тюрьме?

– А мотив? Какой у нас был мотив убивать Валерию Максимовну? – не унимался предприниматель.

– Тебе нужен мотив?! – воскликнула Яна и зашипела как гремучая змея: – Я сейчас скажу тебе мотив! С чем эта бедная женщина обратилась к нам? Напомнить? С тем, чтобы ты дал разрешение на эксгумацию трупа Петра Натановича, чтобы подтвердить: его убили, она на это рассчитывала. Не кажется ли тебе странным, что после этого предположения ее и убрали? Не понимаешь до сих пор? Очнись! Соберись и сконцентрируйся! Все говорит о том, что она была права, и убийца Петра Натановича, испугавшись разоблачения, убрал и Валерию Максимовну! Только он очень хитер, он и в первый раз не оставил следов, и во второй раз подозрение падет на нас! Теперь действительно установят, что твоего слугу убили, и убил его ты!

– Почему я? – удивился Женя.

– А кто еще? Он был больше всех связан с тобой, и врача ты убил… палка эта твоя же, откуда она могла взяться в хозяйстве у Валерии Максимовны? Понятно, что убийца принес ее с собой!

– Ты пугаешь меня…

– Я не пугаю, а предлагаю сматываться! Что, не убедила?! Мы уже ничем не можем ей помочь. Хорошо, давай сделаем анонимный звонок из телефона-автомата и скажем, что в таком-то доме находится труп. – Яна воровато оглянулась.

– Очень умно! А потом нас вычислят и впаяют еще и сокрытие улик, и бегство с места преступления! – Евгений наконец-то очнулся и потянулся за сотовым телефоном: – Я думаю, что принимаю единственно верное решение. И потом, я не последний человек в этом поселке, вряд ли меня заподозрят в убийстве.

– Ага! А вот меня с превеликим удовольствием! – воскликнула Яна.

– Я этого не допущу, мы все время были вместе.

– Слабое утешение. Два преступника обеспечивают друг другу алиби. Ладно, принял решение – звони! – Яна отвернулась и села на скамейку спиной к трупу.

Евгений по телефону сообщил о преступлении, назвал адрес, представился и пообещал оставаться на месте.

Яна хмыкнула и сказала, серьезно глядя на Евгения:

– Пообещай мне одну вещь!

– Если это не связано с сокрытием улик.

– Не связано, не связано, мистер Честность. Пообещай, что теперь сам подашь на эксгумацию тела Петра Натановича. Иначе я его отрою и докажу, что его тоже убили!

– Устрашающая картина, – Женя сел рядом. – А ты не боишься? Одна уже захотела вырыть его тело, и ты видишь, чем это закончилось.

– Я не боюсь! Я хочу знать, за что его убили? И кто эта тварь?

– На сей раз наши желания совпадают. Когда мы попадем в милицейский участок, я сразу же подам заявление на эксгумацию, – серьезно сказал Евгений и обнял Яну, – только и ты пообещай держаться ко мне поближе.

– Постараюсь, – вздохнула она, думая о том, что скажет Карлу, когда он позвонит. Ведь его простой вопрос: «Чем ты занимаешься на отдыхе?» – поставит ее в тупик, причем не в первый раз.

Глава 17

Иван Дионисович очень гордился тем, что имеет такое необычное отчество (от имени бога виноделия), и тем, что он живет в солнечном и плодородном крае виноделов, и тем, что он следователь. У него были прекрасная жена, двое детей, хороший дом, небольшая дача, автомобиль «Жигули». Но имелась у него одна проблема и она же тайна. Все мужчины в его роду умерли от алкоголизма.