Читаем Куклы на чердаке полностью

Около пяти утра я поняла, что мне совсем худо и что я готова к очередному безумному поступку: если не побегу, то, во всяком случае, какому-то радикальному поступку, способному встряхнуть мои мысли и направить их в нужную мне сторону…

Я умылась холодной водой, оделась, спустилась вниз, нашла телефон и устроилась с ним в уютном кресле в холле так, словно собиралась оставаться там несколько часов в ожидании чуда…

Я набрала домашний номер Германа Кифера. Почему бы и нет? Ну и что, что разбужу его? Мало ли кто кого будит…

А если он, к примеру, спит с женой или девушкой? Как он объяснит столь ранний звонок?

Я резко отключила телефон. Нет, звонить в пять утра – это не то чтобы невежливо, это просто свинство… После такой выходки я уж точно не смогу рассчитывать на помощь и без того постороннего мне человека. В сущности, шансов каким-то образом повлиять на ситуацию с помощью Германа у меня тоже было мало, ничтожно мало… Но чего только не бывает в жизни? Если уж я прикатила в Мюнхен к посторонней мне девушке в надежде, что этот визит хоть каким-то образом поможет мне в решении моих проблем, то чем это мое знакомство с Германом отличается от знакомства с Соней? Разве что он не темнит, не делает вид, что мы с ним старые и добрые друзья, да и денег он мне в отличие от Сони не ссужал, не давал, не дарил…

Но я не могла и дальше бездействовать. Настроение у меня было такое… А потому я поднялась и постучалась в дверь к Розе… Подумалось почему-то, что она простит мне столь ранний стук в дверь…

Она смутно представляла себе, как будет действовать дальше. И это несмотря на то что большая часть плана уже сработала. Пожалуй, даже, самое главное было сделано – и эта русская была в ее руках. Куда она теперь денется? Даже при условии, что у нее есть деньги, куда она может податься? Обратно в Болгарию? Как товар, среди ящиков в душной фуре? Конечно, с нее станется. Она такая. Она все может.

Ночь прошла в кошмарах. Сна, конечно, не было. Но не было и Уве. Он в последнее время вел себя дерзко, этот Уве… И кто бы мог предположить, что ее четко продуманный план даст трещину в самом, казалось бы, спокойном участке звена? Да, она знала, что он подонок, мерзавец, что деньги для него много значат, в сущности, как и для всех… Но разве могла она предположить, что та слабинка, что она допустила в их отношениях, обернется для нее настоящей проблемой? Что Уве воспылает к ней чувствами?!

Это случилось незадолго до приезда этой дурочки Наташи. У Розы был выходной, и они с Уве напились. Уж слишком все хорошо складывалось. Он и девчонку какую-то нашел, которая, надев на себя зеленое платье, пришла сюда, чтобы спросить, не продается ли дом. Да и вообще видно было, что он старается, делает все, чтобы только она заплатила ему положенное…

Они вместе покупали этих кукол, специально ездили в Платлинг, подальше от Мюнхена… Это Уве нашел в одном из магазинов комплект одежды для кукол, среди которой был и синий комбинезон. Перебрав водки, они как идиоты играли в куклы, разобрав макет и хохоча во все горло… Включили громкую музыку и, забыв обо всем на свете, валяли дурака. Ей тогда показалось, что если так пойдет и дальше, то она сможет поручать Уве еще и не такие делишки…

Но та ночь закончилась довольно тривиально. Утром Соня проснулась в кровати рядом с Уве. Никак не могла вспомнить, как же так получилось. Ведь вступать в близость со своим помощником никак не входило в ее планы. К тому же он никогда ей и не нравился. Она хотела потихоньку встать, но Уве проснулся, схватил ее за руку и притянул к себе… И вот чего уж она никак не ожидала, начал признаваться ей в своих чувствах. Не в любви, конечно, но в страсти, в желании, что он давно уже хотел ее, да только не решался, а вот вчера он понял, что она девчонка что надо, что он всегда мечтал о такой веселой, без комплексов… А потом он и вовсе сказал то, что предопределило исход дела… Оказывается, он был не прочь поселиться с ней в этом доме… Да уж, она только и делала, что мечтала о том, чтобы в ее доме поселилось ничтожество вроде него. Ни внешности, ни ума, ни профессии, ни собственного жилья, ни денег…

В то утро она снова ему уступила. Понимала ли она, что это своего рода шантаж? Понимала, а потому злилась еще больше. От Уве надо было срочно избавляться. И если первоначальный план, связанный с появлением в макете куклы в синем комбинезоне, был направлен на то, чтобы Уве изобразил из себя труп в морозильной камере, и чтобы Соня вместе с Наташей отвезли «труп» на стройку (таким образом, русская оказалась бы привязана к Соне «преступлением» и в дальнейшем во всем подчинялась бы ей), то теперь, когда Уве стал мешать, от него надо было просто избавляться… Навсегда.