Читаем Куда смотрит прокурор? полностью

Упоительно безграмотные и безоглядно пошлые слова старинной блатной песни произвели на Герарда Гавриловича неожиданно сильное впечатление. И вдруг вспомнилась заря его юности, когда стайка стремительно взрослеющих мальчишек, в которую он входил, уже мучимая и палимая подростковыми прыщами, комплексами и нечистыми желаниями, собиралась каждый вечер в темном закутке двора и изнывала от неясных предчувствий новой жизни. Королем компании был цыганистый парень с гитарой по кличке Чубарь. Пел он такие же пошлые и малоскладные блатные песни, в которых им тогда почему-то виделись большие страсти и настоящая мужская жизнь.

Особенно запомнилась одна – до невозможности жалостливая история про какого-то закованного в цепи преступника, который шагал по пыльной дороге… Как там было дальше? Ах да! «Он руки скрестил на могучие плечи и тихо о чем-то конвою сказал!» Просьба была та еще. Что-то вроде: постой-погоди, отдохнем хоть немного, нет сердца у вас, у вас, палачи. А затем вдруг – я вам расскажу, расскажу все сначала, за что заковали меня в кандалы.

«Типично бандитская психология, – усмехнулся Герард Гаврилович, – сначала – палачи и изверги, и тут же – все расскажу, во всем покаюсь, если скидка будет…» Дальше, разумеется, про то, что он вырос в деревне у бедной старушки, но в город работать он рано ушел, а в городе много было нищих, убогих, но место лакея у графа нашел… Вот такие повороты судьбы!

Так, а что там было дальше? Ну, разумеется, как и в «Дочери прокурора» – у графа того была дочь Жозефина, любимица графа и графских гостей… Остальное ясно: и часто шептали уста Жозефины: «Сыграй мне на скрипке, мой милый лакей». Черт его знает, где сиротинушка, выросший у бедной старушки, выучился играть на скрипке, инструменте чрезвычайно трудном для овладения, но это тогда никого не удивляло. А слова «мой милый лакей» доводили бедных пацанов до судорог…