Читаем Кто предавал Россию полностью

Через 30 минут Б, находился в районе острова Хоккайдо, Здесь он был обнаружен японскими ПВО. На его перехват были брошены американские «Фантомы», которые вскоре его потеряли.

Б. удалось приземлиться на взлетно-посадочную полосу гражданского аэродрома. Он остановился в непосредственной близости от металлической антенны, при этом «МиГ-25» едва избежал столкновения с пассажирским «Боингом-727», который взлетал с аэродрома. Горючего в баке самолета Б. оставалось только на 30 секунд.

Б. был доставлен в японскую полицию, которой он вручил заранее заготовленную записку. Заявил, что прилетел в Японию умышленно, намерен попросить политического убежища в США. Потребовал зачехлить самолет и поставить вокруг него охрану. Его отвезли в гостиницу, где он содержался под присмотром полиции.

К этому времени советские официальные органы уже сделали запрос японским властям о судьбе летчика Б. и его самолета, потребовав их возвращения и обвиняя японцев в намеренном задержании летчика, сбившегося с курса во время учебного полета. Заявление МИД Японии о том, что Б. решил попросить политического убежища в США, советским послом принято не было.

На следующий день Б. переправили в Токио, где он был допрошен офицером ЦРУ. От него же Б. узнал, что президент США лично гарантирует ему предоставление политического убежища, но в интересах безопасности он пока будет содержаться в японской тюрьме. В это время японцы были вынуждены согласиться с требованием советской стороны и организовать встречу Б. с представителем посольства СССР. В ходе этой встречи бывший советский летчик заявил, что добровольно прилетел в Японию и уже попросил политического убежища у американцев. Сразу после разговора с советским представителем Б. был перевезен в США.

В течение месяца МиГ-25 оставался в Японии и подвергся тщательному изучению американских специалистов. Более 200 инженеров, доставленных из США, буквально разобрали самолет «по винтику», было сделано более тысячи снимков его фрагментов и деталей. Окончательные выводы специалистов о МиГ-25 поразили американскую разведку. «Мы, конечно, догадывались, что это чертовски хороший самолет, — заявил один из них, — к сожалению, так это и оказалось! Он может летать выше, быстрее и с большим грузом, чем любой другой самолет этого класса». Другой специалист сделал еще более неожиданное заключение: «Следовало бы пригласить русских конструкторов, чтобы они научили нас проектировать и строить». И совсем обидным для американских авиастроителей прозвучал вывод одного из руководителей ВВС США генерала Кигена: «В создании этой машины нашло отражение неподражаемое умение русских компенсировать ограниченность ресурсов неистощимой изобретательностью. Блестяще сочетая устаревшую и новую технологии, они в сравнительно короткий срок и с небольшими затратами создали самолет таких тактико-технических данных, достижение которых на Западе потребовало бы вложения колоссальных финансовых средств».

Уже будучи в США, Б. активно консультировал американцев, участвовавших в изучении советского перехватчика. На каждодневных допросах он давал исчерпывающие ответы на поставленные специалистами вопросы. В ходе бесед американские разведчики квалифицировали его поступок как подвиг, заверяли в том, что на Западе никогда не забудут услугу, которую он оказал.

К работе с ним был привлечены специалисты-психологи. Его окружили заботой и вниманием.

На вопрос сотрудников ЦРУ, какова причина его побега из СССР, Б. сослался на желание обрести свободу. Разведчики поинтересовались, что же он понимает под свободой, однако вразумительного ответа не добились. Единственный конфликт между Б. и американцами возник после того, как бывший советский летчик узнал, что МиГ-25 американцы возвращают в СССР, уступая настоянию его официальных представителей. По свидетельству очевидцев, его возмущению не было предела. По завершении исследований американцы действительно вернули МиГ-25 советской стороне в полностью разобранном состоянии.

Через полгода ЦРУ добилось от конгресса создания специального денежного фонда, гарантирующего Б. материальное обеспечение «до конца жизни». Он получил новую фамилию, начал изучать английский, жил в сельской местности на ферме, занимался скотоводством, строительством и ремонтом машин. Для связи с ЦРУ Б. имел специальный шифр. Вскоре у него появился личный самолет, на котором Б. позволил себе даже фигуры высшего пилотажа.