И всего этого нас хотели лишить? За что? Почему? Что плохого мы сделали собственным родителям, что они готовы были пренебречь этим неописуемым восторгом, этим мороженым, которое продается только в том маленьком кафе на черноморском побережье, этим азартом, с которым мы искали на дне ракушки и, как дурные, шарахались от огромных оранжевых медуз, проплывавших время от времени совсем близко? Всё это вы готовы были променять на собственное спокойствие, когда ваш ребёнок тихонько сидит дома и смотрит, в который раз, один и тот же мультик? Почему? Вы можете ответить на этот вопрос?

Зима, декабрь на подходе,

А с крыши талая вода.

Тепло души теперь не в моде,

А что взамен? Одна вода.

Вода чуть лживых обещаний,

Вода чуть скрашенных свиданий,

Вода пустых обид, прощаний,

Ненужных слез и расставаний.

А ведь могли бы удивляться, прощать,

Любить и распускаться,

Как маки на лесной поляне,

Как две росинки на тюльпане,

Как птицы две в сплошном тумане

Подняться ввысь над облаками

И там парить и ждать рассвета.

Но под снегами скрылось лето

И тот тюльпан и та поляна,

И ты ушёл…ну…до свиданья.

8

«Привет!»

«Привет )))»

«Ты очаровательна!»

«Спасибо! )))»

«Теперь я понял, почему мне с утра не работалось – я искал тебя!»

«Да ну?!»…

Типичное начало типичного флирта, моя очередная переписка на сайте знакомств. Александр, 28 лет.

К тому времени я уже знала, что такое «аська», имела свой личный почтовый ящик, столкнулась с понятием «кунилингус» и выяснила для себя, что же это такое (раньше не слышала о нём ровным счётом ничего), повстречалась с несколькими вполне достойными представителями местного сайта знакомств. А также узнала, что после первого секса мужчина либо пропадает, либо начинает качать свои права и требовать тебя в своё единоличное пользование, причём по тому режиму, который определит он сам.

Также я догадывалась, что представители всевозможных сайтов знакомств непременно имеют какой-нибудь изъян – хорошо заметный или ловко спрятанный (что, по сути, не имеет значения), который мешает им строить свою личную жизнь в реальном мире, но это меня пока мало волновало, потому как я, наконец-то, получила возможность узнать мужчин в принципе и попытаться разобраться, что же это за существа (до замужества такого опыта у меня не было, да и о его необходимости мне никто лекции не читал).

Орфография у молодого человека хромала на обе ноги, что обычно убивает всё моё желание переписываться с ним дальше и поэтому, не дав ему слишком много времени на раздумья, я назначила встречу в тот же вечер в кафе, которое я проходила каждый день, идя с работы и на работу. Голос у молодого человека по телефону был чертовски привлекательным.

Зайдя в кафе, я обнаружила симпатичного, черноволосого парня, который ждал меня. Лицо не перекошено, видимых увечий не видно, разговаривает бодро, не заикается, руки, ноги – всё целое, вполне сносное, зубы белые, ровные, мысль свою выражает достаточно чётко и ясно – что ж, любопытный экземпляр.

Мы о чём-то мило болтали, он с большим интересом задавал вопросы и с не меньшим слушал мои ответы на них. Я, приплетая облегчённую версию восточных мудрецов о красоте и необходимости тотальной человеческой свободы, наблюдала всё возрастающий интерес в этих очаровательных карих глазах. Наговорившись и съёв свой десерт (как сейчас помню из мелко нарезанных яблок и сладкой сметанной заливки), я пожелала отправиться домой, и он взялся проводить меня до остановки. Уверенно взяв мою руку и положив её на свою, он спокойно шёл рядом.

Уже подойдя к остановке, он заговорил:

– Иди ко мне, я хочу тебя поцеловать, – на горизонте показался мой троллейбус, я его к себе не приглашала, поэтому парень решил пойти на абордаж. Поцелуй был приятным.

– Я поеду с тобой.

– Тебя никто не приглашал, – промурлыкала я и запрыгнула в подошедший троллейбус.