Читаем Ксюша полностью

Я жил в больнице. Спал там, ел и все время сидел у ее постели, ожидая, когда она откроет свои глаза-луны и скажет мне о том, что я кретин, который уже несколько дней не спал.

Мне приносили Мишку, позволяя подробнее разглядеть впервые так подробно детское тельце. Я лопался от щемящей нежности, позволяя ему держать меня за палец своей скукоженной ладошкой, рассматривая глаза в которых было мое отражение. Слишком маленький для человека, он оказался слишком большим для ребенка. Пять килограммов веса.

Поверить не мог, и как она его, такая маленькая, выносила.

А потом она пришла в себя и долго молча сжимала мою ладонь, пока из ее глаз текли крупные слезы.

- Я так рада, что ты здесь. - Было первым, что она мне сказала, и я понял, что ждал не зря. - Антон, он жив? - Закивал быстро-быстро, понимая, что моя девочка, даже не увидела своего малыша, с которым я провел уже столько времени.

Эти воспоминания были ещё свежи в памяти, особенно как она впервые кормила его грудью. Она словно разом повзрослела, что-то обдумала и переоценила, неотрывно рассматривая маленькое личико, жадно сосущее ее грудь.

Уже совсем скоро пришлось с Мишей за эту самую грудь драться.

Никто не говорил, что будет легко, но беспокойный поначалу ребенок, только совсем недавно утихомирился, позволяя маме с папой побыть вдвоем, пока он пускает на подушку слюни.

И сейчас, целуя ее, у меня в голове не укладывалось, как я жил без них? Как столько лет был одинок, не чувствуя тяжести потерянного времени.

Знал бы, знал бы... Раньше бы нашел мою девочку, и целовал бы ей руки и пальцы, замечая, как браслет с кулоном в виде кита раскачивается на тонкой цепочке.

Она сама его нашла, пришлось объяснять, что не решался подарить, несколько месяцев, боясь, что подвеска будет неуместной, но Ксюша грустно улыбнувшись, сказала, что это часть ее жизни, и этот кулон будет напоминанием о том, что снег тает, и весна уже идёт.

Погладил ее по спине, не ощутив лямок лифчика, и все ещё налившаяся грудь ткнулась в меня острыми сосками, намекая, что она мне рада.

- Пошли в детскую. - Прошептала она. - Я так соскучилась, сил нет. - Поднялась и потянула меня за собой, на ходу расстегивая молнию на юбке, в которой она ходила на собрания жертв насилия в качестве куратора.

Ткань скатилась по стройным ногам уже в коридоре и чулки с темными полосами подвязок соблазнительно сверкнули перед моим лицом.

- Только давай без нежностей. - Скомандовала она, толчком прижимая меня к стене. Пытаясь во всяком случае, но а я поддался. - Или я накажу вас доктор. Очень сильно накажу.

Кофточка слетела с ее тела, и я больше не мог ждать, увидев, как красиво качнулись груди.

- Как скажешь. К стене девочка. - Она послушно прижалась к ней грудью, позволяя придавить ее, вжимаясь членом в мягкие полушария, прикрытые лишь тонкой ткань трусиков. - Люблю тебя, рыбка. Всегда будь со мной.

- Ваше желание исполнено. - Со стоном ответила она, позволяя целовать свою шею.

Это любовь.

Конец