— … труженики коммун в едином порыве готовятся передать урожай на хранение и обработку Уполномоченным Администрации. Твёрдая дисциплина и непреклонная уверенность в завтрашнем дне стали отличительной чертой рабочих коллективов на селе. Надо отметить, что несмотря на проблемы с горючим для сельхозтехники, как вы все знаете, вызванные преступной деятельностью мувской так называемой «администрации», урожай, благодаря самоотверженному труду оршанских земледельцев, превзошёл урожай прошлого года, и Регион, как заверил ответственный за сельхозполитику Семён Авахов, полностью обеспечит свою продовольственную безопасность. Труженики села, и добровольно вступившие в сельхозкоммуны граждане Региона, полны решимости выполнить план по заготовке сельхозпродукции, они высоко ценят проявляемую о них заботу Региональной Оршанской Администрации, защищающей их от нападений банд исключительно с сопредельной, мувской территории, и обеспечивающую их товарами первой необходимости…

— «Ну, ясно» — подумал Владимир, — «Создание образа врага и «сплочение перед лицом опасности» — всё как всегда»

— … вот что нам сообщила труженица одной из сельхозкоммун, в прошлом работник салона красоты, а теперь, по собственному выбору, овощевод Надежда…

На экране, на фоне деревенского пейзажа появилась полная дама, разительно напоминавшая уверенно-нагловатой повадкой пропавшую в Озерье бизнес-тренершу «мадам Селезнёву», явно относящейся к сельскому хозяйству вообще и к овощеводству в частности, примерно как грабли относятся к маникюрному набору, и стала вещать:

— Наша коммуна в этот сезон взяла на себя повышенные обязательства и мы уверены…

Тьфу, чёрт. Владимир отвернулся от экрана и занялся остывшим ужином. Вот откуда, оказывается, черпает свои знания об обстановке Витёк, да и весь народ в Оршанске… Хорошо ещё у нас в Озерье с электричеством туго и не смотрели мы эту дичь… а эти — верят! Вот зомби! Но придётся и с этим считаться…

ОПЯТЬ ГРЕНАДЁР

Пока телевизор уверенно вещал про трудовые подвиги оршанских овощеводов, Владимир огляделся. Витёк, прикончив почти в одно рыло бутылку водки, на нетвёрдых ногах, не прощаясь, двинулся к своим друзьям. Диего, отрегулировав громкость на телевизоре, на который, впрочем, почти никто не обращал внимания, вернулся за свой столик и по-прежнему о чём-то беседовал с татуированной спортивной дамой. Посетители поглощали пищу, болтали, переходили от столика к столику, курили, ещё больше увеличивая стоявший в зале удушливый табачный смрад, ожидая, когда кончится телевизионная обязательная «политинформация».

Тут в зале появились новички — трое мужчин среднего возраста, уверенных и несуетливых, вошли вслед за предводительствовавшим ими высоким и широким, можно даже было бы сказать здоровенным субъектом, если бы пухлые щёки не выдавали, что габариты его состоят в основном из сала, а не мышц. Забегая впереди троицы, он тут же о чём-то договорился с официанткой, и для четвёрки мужчин освободили столик в углу.

То, что троица была неместной было заметно сразу — войдя они зашарили взглядами по сторонам, видно было, что они не ориентируются в помещении. И одеты они были странно — не то что военизировано, но и нельзя сказать чтобы по-туристически, в то же время это явно не была не униформа и не гражданская одежда — одеты удобно, просторно, в неярких тонах и без броских элементов в одежде; и видно было, что в этом прикиде можно было — да, и в ресторан, и в лес, и в перестрелку… А почему у меня возникла мысль о перестрелке-то? — заинтересовался Владимир, и тут же сам сразу ответил на свой вопрос: пришельцы явно были вооружены, это было видно по специфической манере носить куртки, не расстёгивая их ниже середины груди; по тому как куртки топорщились в районе пояса; по тому, что садясь, они одёргивали свою верхнюю одежду явно чтобы не было заметно подвешенное на поясе. Впрочем, мелькнувшую у одного из-под резинки куртки рыжую кобуру Владимир, кажется, заметил — ведь кобура же, что ещё за чехол можно носить на поясе?

Впрочем, носили оружие пришельцы привычно, уверенно, и только опытный взгляд мог заметить то, что они «заряжены». А Владимир считал себя в этом отношении опытным; недаром на курсах в Штатах инструктор обращал внимание на мелкие, но важные признаки вооружённости оппонента: рефлекторное поправление кобуры, придерживание пистолета в подмышечной кобуре на бегу, оттянутый тяжёлым боковой карман и многое другое.