Потемкин, оценив положение, ввел на полуостров дополнительные военные силы, а через своих агентов начал активную агитацию среди правящей верхушки ханства о переходе в российское подданство. Командующему войсками генерал-поручику де Бельмену было приказано обратить особое внимание на соблюдение «строгой на всех постах, при обнародовании манифеста, воинской предосторожности и примечании за поступками татар, не дозволяя делать собраний народу, сие я разумею о военных сборищах».

Русские войска заняли все стратегические пункты на полуострове, не встречая никакого недовольства у жителей. С моря побережье прикрывали корабли Азовской эскадры.

Чтобы все было легитимным, по распоряжению Потемкина по всем населенным пунктам полуострова были распространены особые «присяжные листы». В этом документе говорилось, что жители такого-то аула или, скажем, города присягают на верность России. Все они скреплялись личными подписями и заверялись печатями. Только после сбора этих листов манифест Екатерины II был обнародован в ходе торжественной присяги для крымской знати, которую принимал лично Потемкин.

Рота егерей стояла в оцеплении у белой скалы Ак-Кая под Карасубазаром. На ее вершине, в величественной позе, обращенный лицом к долине, стоял сам Григорий Александрович. Сначала к присяге подходили мурзы, беи, духовные лица, а затем уже были допущены и огромные толпы из простого татарского населения.

Все это торжество сопровождалось угощениями, играми, скачками и пушечным салютом.

Стоя на возвышенностях, глашатаи зачитывали текст манифеста, а стоящие тут же толмачи громко переводили: «Возвещая жителям тех мест силою нашего императорского манифеста таковую бытия их перемену, обещаем свято и непоколебимо за себя и преемников престола нашего содержать их вравне с природными нашими подданными, охранять и защищать их лица, имущество, храмы и природную их веру, коей свободное отправление со всеми законными обрядами пребудет неприкосновенно; и дозволить напоследок каждому из них состояния все те правости и преимущества, каковыми таковые в России пользуются…».

На имя императрицы последовало итоговое донесение от Потемкина с подробным описанием всего произошедшего за последние месяцы и с представлением на генералов А. В. Суворова, П. С. Потемкина, А. Б. Бальмена и С. Л. Лашкарева (русского резидента при хане) к самым высоким наградам. Все они получили разрешение на приезд ко Двору и вход «за кавалергардов», чем им выказывалось особенное монаршее расположение. Из рук же самой императрицы каждому из них были вручены ордена.

– Ваше превосходительство, господин генерал-майор, – Лешка особенно выделил новое титулование барона фон Оффенберга, – отдельная особая рота егерей по вашему приказанию построена!

Генрих Фридрихович неспешно и важно оглядел замерший строй в зеленых мундирах и раскрыл малинового цвета папку.

– …Государыней Всемилостивейшей, Самодержицей Всероссийской, императрицей Екатериной Алексеевной за труды в присоединении южных Таврических земель в состав державы все нижние чины отличившихся воинских подразделений получают премиальные в размере трехмесячного жалованья, обер-офицерский состав – пяти-, а штаб-офицерский – семимесячного.

Приказом по военной коллегии отдельная особая рота егерей преобразовывается в батальон. Командиром его назначается произведенный особым указом императрицы в подполковники Егоров Алексей Петрович. Этим же указом первому заместителю командира батальона Милорадовичу Живану Николаевичу присваивается чин секунд-майора. Второму заместителю Гусеву Сергею Владимировичу – чин капитана. Командиру первой роты батальона Хлебникову Вячеславу Николаевичу присваивается чин капитан-поручика. Командиру второй роты Скобелеву Александру Семеновичу – поручика. Командиры полурот Максимов Леонид Дмитриевич, Осокин Тимофей Захарович, Иванов Данила Иванович и Ширкин Вадим Валерьянович производятся в подпоручики. Спасибо вам за вашу доблестную службу, егеря!

– Рады стараться, ваше превосходительство! – слаженно рявкнули в ответ три сотни глоток.

– Слава России и императрице Екатерине! Ура!

– Ура! Ура! Ура-а!

Заключение

Присоединение Крыма и прилегающих земель к России стало актуальным в последней трети XVIII века, когда Османская империя потерпела военное поражение в войне 1768–1774 годов. До этого русские армии неоднократно входили на территорию полуострова, наносили там поражение турецким и крымским войскам, но каждый раз они были вынуждены удаляться, не имея возможности получать тыловое обеспечение через безлюдные и обширные степи Дикого поля. Страшной помехой таких походов была и чума – постоянный спутник всех Крымских кампаний.