– Ваше высокоблагородие, а как нам с орудиями быть? – поинтересовался главный оружейник. – Сейчас на каждом из фортов у нас по одному фальконету установлено, а десятифунтовый единорог с трофейным шестифунтовиком при центральном форте состоит. Не получится ли так, что как только сечевые казаки начнут кончебас с баркасами восстанавливать, так сразу же себе их запросят? Мы ведь совсем тогда безо всякой артиллерии останемся. Вот жалко, что их превосходительство тот полупудовый единорог повелел у нас забрать. Как бы он нам сейчас тут пригодился!

Кругом были трудности, и их нужно было как-то преодолевать. Легко и быстро обустроить Бугскую линию никак не получалось.

Глава 3. На линии

– Через три дня я уже вернусь, не скучай и не волнуйся, моя хорошая, – успокаивал жену Алексей. – Сама ведь знаешь, никак тебе нельзя сейчас беспокоиться! И тяжести смотри, тоже не вздумай таскать. А чтобы не скучно дома одной было, вон, Милицу пригласи погостить, ей-то все равно там, в родительском доме, тошнотно. Тетя с мамой постоянно стрекозу донимают и воспитывают. Вот как только я с линии вернусь, обещаю, долго подле тебя буду.

– Иди уже, – улыбнулась Катарина. – Вон тебя Данила у калитки заждался, какой раз уже через плетень выглядывает. Осторожней только сам будь. Мы будем тебя очень и очень ждать, – и она погладила округлившийся животик.

Лешка обнял жену и быстро вышел за ограду.

– Давай, Даня! – он перехватил у вестового поводья уздечки и заскочил на коня. – Трогаем! Где там нас дозор будет ждать?

– Напротив заросшего острова, возле нашего стрельбища, вашвысокоблагородие, – ответил Данила. – Федор Евграфович самолично его сегодня по линии ведет.

Проскочив по хорошо набитой дороге на юг, через несколько минут увидели полтора десятка спешенных всадников во главе с командиром первого отделения дозорного конного плутонга, капралом Воробьевым. Лошади стояли под седлами у раскидистых ракит и срывали редкую в это жаркое время года зеленую травку. Ту, что еще как-то сохранилась в тени деревьев. Сам Лужин был на стрелковом полигоне, расположенном в трех сотнях шагов от спешенного конного дозора. Оттуда доносились ружейные хлопки и громкие команды. Алексей поздоровался с егерями и, передав поводья вестовому, пошел на звук выстрелов.

– Вторая шестерка, на исходный рубеж, бегом марш! – скомандовал руководивший стрельбами поручик Гусев.

Группа егерей в сопровождении капрала Васина побежала на дальний конец поля.

– Капрал, распределите людей по парам и командуйте! – крикнул вслед стрелкам Сергей.

– В одну шеренгу становись! – подал команду своим стрелкам Васин. – На первый, второй рассчитайся!

– Первый, второй; первый, второй; первый, второй, – послышалось от солдат. – Расчет окончен!

– Внимание, егеря, сейчас вы бяжите две сотни шагов по этому полю растянутой цепью, – инструктировал стрелков капрал. – Да не просто так вот несетесь со ртом нарасхлебянь, а с большой оглядкою и с полной готовностью к бою. Чтобы ежели вдруг перед собой какого неприятеля углядели, так сразу бы смогли в него начать стрелять, прямо вот сходу. Так что ружжо у вас или в правой руке должно быть накрепко зажато, или пусть даже и в обеих, но вот только чтоб ствол его всегда смотрел строго вперед, ну или же вверх, и никуды более. Хоть курок у него и не на боевом взводе, но ведь всякое же в жизни бывает, а вдруг вы подняли его в суматохе. Так что лучше вам в этом деле будет лишний раз поостеречься. Не дай боже на какой кочке у вас вдруг рука дрогнет, и этот курок с боевого взвода по огниву ударит, а неровен час, ствол фузеи в это время, вот как назло, на вашего товарища будет направлен. Греха потом ведь не оберешься, робята! Так что зарубите у себя на носу – ствол вашего ружжа всегда должон быть направлен только лишь вперед и туда, где нет наших солдат, ну или каких-нибудь других людей, окромя неприятеля! Все ли я вам понятно объяснил?

– Понятно, понятно, – закивали головами стрелки.

– Ну, коли вам понятно, тогда разбились все по парам. Первый номер будет за главного, а второй его прикрывает. Расстояние между парами – две сажени. Готовься! – капрал повысил голос и помахал рукой Гусеву.

– К первому огневому рубежу – марш! – скомандовал поручик, и три пары с оружием наизготовку побежали к первому огневому рубежу.