Читаем Круиз с миллиардером полностью

Только в этот момент я наконец осознала, насколько серьёзной была сложившаяся ситуация. Мне не позволят объясниться с Джоном, а сами будут говорить ему всякие гадости. И он… поверит им?

Нет!

Ноги подкосились от слабости, и я осела на кровать. Картины, одна ужаснее другой, рисовались в моём мозгу. Я в наручниках в полицейском участке, мимо меня проводят преступных элементов, которые ухмыляются, предлагая скоротать вечерок. И в итоге – стальные прутья решётки, которые отделяют меня от остального мира.

Брр. Жуть какая!

Я забралась на кровать с ногами и обхватила колени. Меня морозило. Пришлось закутаться в покрывало.

Я не знаю, что теперь делать. Но жизнь в данную минуту представляется мне конченой…

Звук электронного замка восприняла почти как звяканье железной решётки. Но с места не сдвинулась. Я не сделала ничего плохого. Ну, разумеется, кроме того, что случайно попала Джону вазой по голове. И чуть его не убила… Но ключевое слово здесь именно «случайно». Это просто невезение.

Или везение. Смотря с какой стороны оценивать…

Джон вошёл осторожно, словно боялся, что снова запущу в него чем-нибудь. И я ощетинилась.

– Не бойся, снаряды у меня закончились, – хотела произнести с вызовом, но получилось лишь обиженно буркнуть.

– Ещё один вроде остался, – Джон с улыбкой кивнул на вторую вазу, в которой стояли разноцветные гацании*, купленные им на материке для меня.

– Ну тогда поберегись, – голос дрогнул. Вот даже и не думала плакать, а как увидела цветы, напоминающие о потерянном счастье, слёзы сами подступили, грозя вот-вот пролиться. – Ты как?

– Живой, хоть ты и метко попала, – улыбнулся он.

Шутит? Он шутит?

Слёзы всё-таки полились. И я начала шмыгать носом, чтобы не полилось что-нибудь ещё.

Джон сходил в ванную, принёс мне салфетки и присел на краешек кровати.

– Спасибо, – спрятала лицо в развёрнутую салфетку и постаралась незаметно промокнуть нос. Получилось не очень, поэтому продолжила шмыгать дальше. – Я вовсе не хотела тебя убивать. Это вышло случайно.

– Я знаю, – мягко сказал Джон, тем не менее не делая попытки обнять меня и успокоить.

– Ты не поверил Мередит? – уточнила я, ещё не до конца уверенная, что всё так просто кончилось.

И была права. Джон отвёл глаза в сторону и вырисовал пальцем какой-то узор на простыне, прежде чем ответить.

– Скажем так, я выслушал Мередит и Далтона, теперь хочу выслушать тебя.

– Мне совершенно нечего скрывать! – тут же завелась я. Но предательская капля из носа смазала всё впечатление от моего возмущения. Пришлось как следует высморкаться.

Джон терпеливо ждал, глядя в сторону, чтобы не смущать меня.

– Я услышала крики Мередит, – начала, тщательно подбирая и взвешивая каждое слово. – Подбежала к окну. Увидела, что вокруг вас плавают акулы…

– Акулы?! – изумлённо перебил меня Джон.

– Ну да, там были две акулы, – уже менее уверенно повторила я. – Ты же не станешь это отрицть?

– Это были дельфины.

– Как дельфины?

– Вот так, – усмехнулся он. – Они часто подплывают к людям, когда хотят поиграть.

– Но я… Я думала… – от его взгляда хотелось провалиться под плинтус. Я ощущала себя полной идиоткой.

– Ты думала, что это акулы, – подсказал Джон, показывая интонацией, что ждёт продолжения.

– Да!Я была уверена, что это акулы. Я считала, что тебе грозит опасность и испугалась за тебя. Схватила первое, что попалось под руку, и побежала на палубу. Увидела, что ты плывёшь к Мередит, а акула…– я запнулась, – дельфин… приближается к тебе. И бросила в него вазу. Я даже не думала, что попаду. Хотела просто отпугнуть…

Джон молчал. Когда пауза затянулась, я подняла на него глаза. По его лицу невозможно было что-то прочитать. Джон смотрел в сторону, размышляя. Потом и вовсе встал и подошёл к окну. Потянул пальцами зашторенные жалюзи, выглядывая наружу.

Проверяет, не вру ли я? Он не верит мне. Это осознание многотонной каменной плитой накрыло сверху. Меня захлестнуло отчаяние.

Он. Не. Верит. Мне.

Всё кончено. Даже если меня и не отправят в тюрьму, счастья больше не будет. Я не проснусь утром в его объятиях, не уткнусь лицом в грудь, вдыхая запах любимого человека.

– Ты мне не веришь? – всё же озвучила свой вопрос, желая услышать приговор из его уст.

Но всё же в глубине души надеялась, что Джон опровергнет мои слова. Возмутится, как я могла такое подумать. Ведь он знает о моих чувствах и о том, что я никогда бы не причинила ему вред намеренно. Это обидная, нелепая случайность. И мне нужно было, чтобы он подтвердил, что тоже понимает это.

– Думаю, ты говоришь правду, – наконец произнёс Джон. И меня затопило облегчение. Он мне верит! Но следующие же его слова разбили вдребезги мою радость. – Посиди пока в каюте. Ладно? Мне нужно время, чтобы подумать.

Постояв ещё немного, Джон развернулся и вышел из каюты, так ни разу и не взглянув на меня больше.

Вот теперь я уже больше не сдерживалась. Уткнулась лицом в подушку и разревелась.

Для меня всё было кончено…

День прошёл как сон пустой. Кажется, так было у Пушкина, когда царица ждала своего любимого.